Он проводил нас, как и обещал, до второго этажа. А сам, погрузившись в размышления, потопал на третий. Мы, окутанные аппетитными ароматами еды, с наслаждением принюхиваясь, свернули к двери столовой. Помещение было под завязку заполнено учениками. Рина каким-то чудом умудрилась занять наш привычный столик у окна. Она с подозрением поглядывала на наши раскрасневшиеся щеки, пока мы, обходя другие столы и стулья и уворачиваясь от вездесущих учеников, курсирующих по столовой, пробирались ближе.
— Вы с прогулки? Вырвались наконец из мрака школьных коридоров? — спросила она.
— Не просто с прогулки! — помотав головой, объяснил ей Мирн, поглощая ужин с умопомрачительной скоростью. — Мы помогали преподавателю монстрозоологии разметить участок для раскопок монстров, вернее, их бренных останков. И, кстати, он планирует продолжить раскопки вместе с учениками. По-моему, великолепная идея!
— По-моему, тоже! — одобрила Рина. — У старшекурсников скоро начнутся тренировки по боевым заклятьям, а нам, бедняжкам, их ещё четыре года ждать. Поэтому провести лишний час на свежем воздухе нам точно не помешает! Даже если при этом придётся выкапывать скелеты древних монстров! — сказала Рина с кислой гримасой, ковыряясь в тарелке без особого аппетита. Поймав наши озадаченные взгляды, усмехнулась и пояснила: — Я была у отца. Его, как и остальных преподавателей, разместили в левом крыле школы. Он потчевал меня последними новостями о знакомых и родственниках, вкусностями и компотом. Больше еды просто в меня не влезет! — она сделала паузу и продолжила: — Ещё я пыталась понять, что же произошло с вами на уроке механики! Хотела было расспросить отца, но он честно сказал, что это не его тайна и только Шанире решать, кого в неё посвящать…
Неоконченная фраза повисла над столом и подносами с едой, требуя моего скорейшего ответа. Было заметно, что девочка погибает от любопытства. Нет, скрывать от Рины правду о моих родителях я, конечно же, не собиралась, но не рассказывать же об этом, сидя в столовой! В таком гвалте нас подслушать сложно, это плюс, но говорить приходилось бы на повышенных тонах, а это минус так минус.
— Расскажу, даже и не сомневайся, но в моей комнате! — прошептала я едва слышно.
Рина усиленно закивала, сияя глазами, и, несмотря на заверения, что не голодна, смела всё с тарелок подчистую, впрочем, как и мы с Мирном. Аппетит парня оказался заразным, похлеще простуды. Я с удивлением поняла, что в школе, вопреки всем страхам, моя жизнь изменилась к лучшему, и не только благодаря тому, что родители живы — у меня появились друзья. Вот уж не думала, что и надоедливый сосед-мальчишка каким-то магическим образом угодит в эту категорию.
— Всё, а мне пора заняться зарисовкой, письмом и чтением! — Мирн с лёгким вздохом сожаления поднялся. — Не хотелось бы с лету загреметь в отстающие ученики! А я ещё и не начинал ничего делать, дурная привычка — откладывать неизбежное!
Он положил на поднос вилку и, шагая без особого энтузиазма, скрылся из виду в толпе учеников.
— Я забегу к себе, прихвачу учебник, — громко сказала Рина, многозначительно мне подмигнув, и поднялась со стула.
— Жду! — коротко бросила я, покачивая головой. Рина слишком уж вжилась в роль заговорщика.
Покинув столовую, мы прошли в коридор жилых комнат. Рина, как и обещала, скрылась за дверью в свою комнату, но появилась у моей двери буквально минуту спустя, помахивая учебником магии. Мы залезли на подоконник, он был достаточно широкий для нас двоих. Во второй раз повествование далось мне куда легче. Рина внимательно выслушала рассказ.
— Я очень за тебя рада! — она порывисто обняла меня, подозрительно шмыгнув носом, вздохнула и, неожиданно отстранившись, нахмурилась. — Знаешь, а я ведь слышала часть истории дома вечером, перед тем как отправиться в школу. У отца в гостях после повышения был как раз один из магов магистериума. Они думали, что я уснула… Нет, имён он не называл! Да и сама история звучала в весьма кратком изложении. Он упоминал маяк, магический откат и его последствия…
За дверью раздались шаги, громкие голоса и смех, девочки возвращались из столовой. Мы перешли на шёпот.
— Теперь мне осталось всего навсего немного потерпеть и дождаться счастливого момента, когда мама меня вспомнит! — закончила я.
— И всё же самое страшное осталось позади! Эта история оказалась с хорошим концом, а подобное — большая редкость, — Рина мягко улыбнулась.
Мы ещё немного поболтали о пустяках и уроках, сидя на нагревшемся под немногочисленными, но тёплыми лучами послеобеденного солнца подоконнике и наблюдая за гаснущим за окном островным днём, тонущим в сумеречных вечерних тенях. После, отчаянно зевая, добрались до купальни; как раз к тому времени она опустела. Приняли душ и, пожелав друг другу добрых снов, разбрелись по комнатам.