— Нет, я никогда! — отрицательно покачала я головой. — По крайней мере, в осознанном возрасте! Кьярн — мой родной город. Что там?
Мы на пару уткнулись в оконное стекло, за которым сплошной стеной лил дождь. Небо затягивали низкие свинцовые тучи, мимо проносились улицы, застроенные каменными одноэтажными домиками. Пахло знакомо: древесным печным дымом, дождем, прелой листвой и немного морем, но, в отличие от нашего города, здесь этот запах не главенствовал над всеми остальными. Уткнувшись носом в оконное стекло, я скосила глаза на оставшиеся позади очертания горных хребтов и чёрный провал туннеля, которые постепенно таяли в серой мокрой мгле. Все, что я видела, было мне незнакомо, а из-за непогоды еще и неприветливо! У меня всё нестерпимее чесались руки попробовать ещё раз похлопать и призвать дар, но данное мужчине обещание не позволило, так что добрались до места мы без проблем и заколдованных напрочь лошадей.
Карета въехала на каменный мост с резными массивными перилами, прокатилась по дороге и остановилась у кромки воды. Всё тоже море Забытых сновидений, но в чужом городе. Впереди на волнах покачивался деревянный паром. К вознице подошёл, подволакивая одну ногу, старик-паромщик в плаще до пят. Они о чём-то вполголоса поговорили. Рыжеволосый мужчина спрыгнул на землю и протянул паромщику вожжи. Открыв дверь, он заглянул в карету.
— Ну, что, будущие ученики! Забыл представиться, Карт Хорн! Местный ночной дежурный! Вас я случайно обнаружил: заметил, что защита сработала, и не впустую! Прошёлся по туннелю, а там свет, карета и вы! Но на долгие объяснения времени не осталось, нужно было как можно быстрее из туннеля ноги уносить!
— Почему? — влезла я.
— Нечисть трудно уничтожить, это возможно только при помощи мощного магического импульса, то есть древней защитой, а откат у неё будь здоров! Пару часов вообще лучше бы в туннель не соваться! Всё, здесь мы с вами прощаемся, мне пора! Паромщик переправит вас в школу, а перед вашим отплытием я отправлю сообщение в школу, объясню, почему вы задержались. Не волнуйтесь, вас там непременно встретят. — Он оглянулся и, понизив голос, добавил: — Не используйте магию, пока не доберётесь до места, это слишком опасно! Море сновидений не стабильно, да и нечисти здесь в округе не в пример больше, чем в Кьярне! Обещайте!
— Обещаем, — в два голоса заверили мы его.
Он серьёзно кивнул, натянул на голову капюшон и скрылся в пелене дождя.
— А как можно отправить сообщение? — спросила я у Мирна.
— Легко, специальным механическим порталом! Это не магия, у нас дома такой был, купили в прошлом году, сбоят они только часто и в самый ненужный момент, — отстранённо ответил Мирн.
Он судорожно рылся в карманах, я заинтересованно следила за процессом. Он с радостным возгласом нашарил что-то во внутреннем кармане новенькой куртки и вытащил амулет. Тот самый, который не позволял сновидениям моря проникать в голову. Я только криво усмехнулась, он, заметив мой оскал, покраснел, однако амулет упрямо напялил.
— Мне почему-то попадаются только кошмары, — просветил он меня.
— Первое время мне тоже, но постепенно их становится всё меньше! — поделилась опытом я.
Паромщик распахнул дверь кареты. На нас уставился тёмными, проницательными глазами седой, сгорбленный старик с обветренным, морщинистым лицом.
— Паром перегружен, но делать нечего, не бросать же вас на берегу. Так и быть, прихвачу, вылазьте! По правой стороне парома шагайте, только под ноги глядите внимательнее, настил водой залило, главное, в море не свалитесь, но там поручень удобный, вы покрепче за него держитесь! — прокаркал он, голос у него был низкий и хриплый.
Пожала плечами, что ж, мне не привыкать шагать по мокрым доскам! Я подхватила чемодан и вылезла из кареты. Мирн, недовольно сопя, последовал за мной. Дождь закончился, но под ногами хлюпало. Мои старенькие ботинки тут же промокли, а следом за ними и ноги. Я поморщилась, но вспомнила полёт носков и шарфа по карете и приободрилась. Поднялась на паром и по правой стороне прошла примерно до середины.
Действительно, паром был забит под завязку, но не пассажирами, а грузом. Мешки, тюки, коробки, сундуки громоздились повсюду в ошеломительном количестве под натянутой верёвками непромокаемой тканью. Я углядела отличное местечко между сундуком и мешком. Умостила в проём свой чемодан, открыла его и выудила тёплые носки и шарф, намотала его в три оборота на шею, стащила ботинки и мокрые носки, натянула сухие и обулась. Ботинки, конечно, от этого суше не станут, но какое-то время протяну. Возможно, перемещение к школе на пароме не затянется надолго, и я не окоченею до состояния ледышки. Мирн всё это время молча восседал на своём чемодане в шаге от меня, хмуро озирая морские просторы.