Не упускайте таких моментов, друзья. Если уж вы горячий и им-
пульсивный человек, с размытой шкалой ценностей, как ваш покор-
ный
слуга,
бегите
из-под
конвоя,
как
только
представится
возможность…
***
Знаете, как по-узбекски сказать «хорошее настроение»? «Яхши
кайфият!»
Вторую неделю уже регулярно отрабатываю на жилую мутановские
cпецгруза. Наловчился. Выработал систему. Заматерел. Кайфият по-
стоянно – яхши.
В баню хожу теперь исключительно в котельную. Вот уж где
настоящий парок-то, в самом эпицентре! Переодеваюсь у Мутанова
потом, на втором этаже. Это предлог. Конспирация.
С удовольствием там же перекусываю. Это зарплата. Пыхаем. Это
десерт. Частно Мутанов испытывает на мне новую порцию дряни
полученную через спецбрата. Мне роль подопытного кролика-
дегустатора очень по-душе. Потом отваливаю к себе, в штаб промзо-
ны, уже навьюченный очередной шпонкой.
Операция "ловкие ножницы" в ТБ, пару папирос с каждого шпонаря
в личный фонд. Это бонус. Фонд защиты нарядчиков. Вымирающий
вид!
Кабинет Суюныча теперь буквально нашпигован моими пятачками
из фольги. Если бы они могли светиться – было бы похоже на рожде-
ственскую гирлянду. Я курю, обмениваю дурь на товары и услуги,
делаю подарки нужным людям, а запас все не истощается.
Шпонарь ложится под карточки, под самый низ – и на съём. Или
грудь в крестах – или голова - в кустах! Гусарская рулетка – опасная
игра.
Говорят, что прыгать с парашютом страшно не в первый раз, а все
последующие, с каждым новым разом – все страшнее. Постигаешь
степень риска. Если так – это святая правда. Страх накапливается и
не уходит даже во сне. У комфорта в зоне всегда есть обратная сто-
рона. Не верите, спросите Ходорковского, он тоже сейчас гасится
где-то в библиотеке, клубе или каптёрке.
Я видел однажды, как одного незадачливого галошного мафиозо-
фраерилу после пиздюлей отливали в оперчасти водой из ведра. Бое-
вое крещение. Очнись, во имя отца и сына… Это напоминало сцену
из кино про белых. Все было бы смешно, если бы не вероятность по-
пасть туда самому.
Так что теперь этот "допрос с пристрастием" (придумали же обо-
рот) снится мне почти каждую ночь.
Меня палят, жестоко пиздят, отливают водой и снова – "Откуда
взял? Ах, нашел? Ну, на тебе, сука, "нашёл!" Отнимут все здоровье и-
зуверы. Как пить дать отнимут. Эх, житуха! Не сегодня-завтра…
Постоянный страх запала заставляет меня укуриваться через каж-
дые несколько часов. Это поддерживает притуплено-похуистиче-
ский анабиоз. Гнусное судебно-медицинское словечко "эйфория" в
отношении плана мне не нравится. Это анабиоз анаши! Думаю по-
святить этой теме целую монографию, главное не торопите меня,
хорошо?
Думать тогда стараюсь только о хорошем. Или не думать совсем.
Это нетрудно если курить столько, сколько я сейчас.
Удивительно, но обкурка помогает не ошибаться с количеством кар-
точек! Сосредотачиваюсь, будто ничего важнее в мире нет.
А может уже просто руку набил?
За то на перекличке весёлые буквы так и прыгают перед глазами, и я
в очередной раз путаю всех этих моих турзы-мурзы.
Зэки битым взглядом уже подметили, что меня прёт как судака на
каждом разводе-съёме и даже прониклись симпатией. Несколько раз
слышал за спиной - "вон-вон, пошёл, наш Нарядчик-Кумар!".
Да и потом уже пошла гулять слава о том, что я никому не отказал в
визе на промку, ну не могу я сказать «нет», а иной раз соглашаюсь
поставить чью-то карточку, чтоб быстрее отъебались и не мешали
медитировать на белую стену кабинета.
Анаша располагает к одиночеству и созерцанию. В маленьком ка-
бинетике по технике безопасности бушует огромный мир. Я обкури-
ваюсь и путешествую, где заблагорассудится. Тур-агентство худож-
ника Мутанова:"Не знаете что подарить человеку у которого все
есть? Подарите ему тур нашего агентства!"
Покидаю транс только чтобы пожрать и провести съём.
Сигарет с фильтром скопилось уже достаточно на две машки, но го-
товить по накурке это такой напряг, вроде как одновременно рисо-
вать и сочинять музыку.
За маленькую пяточку дури шустрый поварёнок Миша Астахов при-
носит мне перед съёмом пол-литровую баночки жарганки, которой
балуют себя искушённые в гастрономии повара. Папский фаст-фуд.
Это мой ужин. А обедаю, как я уже вам говорил, у наркохудожника
Эскабара Мутанова. Поверите – налаженный быт, это основа благо-
получного отбывания срока. Инстинкт выживания – самый мощ-
ный. Гораздо мощнее чем, даже, инстинкт дрочевания. Очень хочет-
ся встретить человека, у которого система внутренних моральных
ценностей пересилила бы этот гнусный инстинкт. Обрею голову и
отправлюсь с покаянием в монастырь в тот же день.
Жизнь теперь сытая, но более рисковая, чем в библиотеке. Хотя, во
всяком случае, не надо пресмыкаться перед господином Дильшодом.
Да и потом мой импульсивный характер – нет в жизни экстрима?
Дык я его создам!
Ещё от усиленного питания очень сильно хочется Женщину.
Это у вас на воле – бабы. А посидите-ка с пару лет – станут Женщи-
ны. А ещё пару сверху – уже Леди. Королевы. Феи. Волшебницы!
Цветы райские.
А вы знаете, что на них приятно даже просто смотреть! Просто гово-
рить с ними уже счастье! Это же лучшее чем Бог украсил землю!
