Ночь прошла спокойно, и утром я проснулся полностью отдохнувший и готовый к новым подвигам. Я очень радовался, что барон оказался хорошим человеком и помог нам. Тиалла же еще сладко спала, и будить я ее не стал, так как понимал, что она тоже очень вымоталась и устала за эти дни. Барон дожидаться пробуждения девочки не стал, а, забрав пленных разбойников, поехал по своим делам. Пока она спала, я успел приготовить еду, и ее запах заставил девочку проснуться. Поев, мы отправились к городу.
— Андрей, а что ты собираешься делать, если меня заберут в другой город, — опять ее потянуло на болтовню.
— Учиться.
— Но нас же разлучат.
— На моей учебе это никак не скажется, — я усмехнулся, но девочка, видать, как-то почувствовала это и замолчала.
«Нееет, на фиг, на фиг таких спутниц», — подумал я, — «уже и планы какие-то начала строить в отношении меня». Дальнейшее путешествие до города происходило в молчании, чему я был очень рад, поскольку занимался переходом из состояния контроля в боевой транс и обратно. Во второй половине пути решил обдумать свою легенду. Получается, что делал все правильно: Тиалла не знала истинной моей истории, маг барона точно подтвердит, что я говорил правду. Если и при поступлении начнут что-то спрашивать, то главное не проболтаться. Так за размышлениями мы и приехали в город.
Город Градор встретил нас стражником у ворот, потребовавшим плату за вход, точнее, въезд, так как плата бралась с лошади и шла в оплату людей, убирающих лошадиные отходы. Въехав в город, я убедился, что деньги платятся не зря — улицы были чистыми, совсем не чувствовался плохой запах. Понял, что барон действительно радеет за свое баронство, да и люди, судя по одежде, хорошо живут. Вот подбежал мальчишка, и спросил не нужен ли мне сопровождающий, так и он был одет в хорошую, пусть и латанную, одежду, а не в обноски.
— Конечно, нужен, — ответил я ему, — необходим постоялый двор, где мы могли бы снять недорого две комнатки.
Он окинул нас оценивающим взглядом, задержавшись на лице моей спутницы, и не сумел скрыть своего изумления от ее внешности. Затем видимо решив что-то для себя, сказал:
— Можно остановиться у нас, одна серебряная монета с чело…, - он запнулся на этом слове, но потом продолжил, — в общем, с каждого по серебряной, но сюда уже входит еда.
Я задумался, потому что совсем не знал цен на такие услуги, а во вчерашнем разговоре с бароном забыл спросить. Попытался вспомнить, но ничего не получилось, а в Дреггонии я никуда не заезжал. Мальчик, по-видимому, решил, что я раздумываю о дороговизне.
— Еду готовит моя старшая сестра, — начал уговаривать он меня, — а знаете как она вкусно готовит? Иногда она печет пироги на продажу, так разбираются за десять минут!
— Уговорил, языкастый, — улыбнулся я пацану, — веди. Кстати, как тебя звать-то?
— Тим.
— А меня Андрей.
Он взял Агата под уздцы и свернул в узкий переулок, чтобы через два поворота вывести нас на довольно уютную улочку, где у каждого дома был небольшой дворик. Домики тут были одно и двухэтажные, но преобладали вторые. Вскоре мы остановились у одного такого, двор которого мне сразу понравился. Тиалла сама спрыгнула, за ней и я спешился. Увидев конюшню, я сразу направился к ней. Тим сказал, что сам все сделает, но я ответил, люблю ухаживать за своим конем, поэтому и не нуждаюсь в помощи. Потом спросил про покупку лошади для моей спутницы.
— У нас не так часто покупают лошадей, поэтому и продают мало, — после некоторого раздумья ответил пацан, — разве что у старика Терслана спросить.
— Хорошо. Сейчас закончу с Агатом, поедим и сходим к нему.
— К нему ехать надо, он живет за городом, — ответил Тим.
— Значит дам коню час отдохнуть и поедем, — подвел я итог.
В доме я первым делом отдал деньги его матери, сказав, что мы просто переночуем и завтра поедем дальше, и поднялся в свою комнатку. Небольшая, где-то три на три метра, кроватью, небольшим шкафчиком, столиком и стулом, в общем стандартный набор. А вот обедали мы в одном помещении с хозяевами, из чего я сделал вывод, что сдача комнат у них небольшая подработка. Когда к столу подали большой жареный кусок мяса и какими-то овощами, я немного замешкался в поисках ножа, поскольку двузубая вилка лежала на столе. Не успел я спросить об этом, как хозяйка поняла мое затруднение и дала небольшой ножик. О, то, что надо. Но когда я положил первый кусок мяса себе в рот, даже прикрыл глаза от удовольствия. Я не знаю, что это за мясо и как оно приготовлено, но оно мало того, что таяло во рту, так еще вкус чуть менялся: то это было просто жареное мясо, то кисло-сладкое, то с горчинкой. Я не заметил, как съел свою порцию.
— Потрясающе, — сказал я, когда тарелка опустела, — выше всяких похвал. Даже кухня императора не настолько вкусна.
Я промокнул салфеткой губы и хотел подняться, когда увидел четыре раскрытых в изумлении глаза, смотрящих на меня. Они что, подумали, что я кушал с императором за одним столом? Я еле сдержался, чтобы не захохотать, просто не хотелось этим испортить очарование момента.
