Я повернул голову. Тридцатилетний мужчина в форме стражи с признаками усталости на лице глядел на меня. Сзади него стояли еще двое, но совсем юнцы, и я подумал, что их совсем недавно взяли на службу.
— Так много магов? — удивился я.
— А в этом году значительно снизили требования при поступлении, поэтому и получилось так много.
— А прием осуществляется только сегодня? Насколько я слышал, это происходит в течение недели. А эти господа, — я обвел рукой толпу, — устроили здесь бесплатный цирк.
— Ваша милость, так…
Начал мне он что-то объяснять, но я отрицательно помахал ладонью со словами:
— Нет, нет, нет, я простолюдин, — на что тот осекся, но продолжил:
— Так при поступлении жилье распределяется согласно поступления и раздавать начинают с отдельных домиков, заканчивая комнатами на трех человек. Вот они и спорятся, иногда их споры доходят до драк, поскольку дуэли по этой причине караются очень строго. Хорошо, что простолюдины не пытаются лезть туда же, хотя и разграничения на сословия в школе нет — понимают, что полностью их никто не сможет защитить.
— И часто до драк доходит?
— Сейчас уже редко очень, — он усмехнулся чему-то, — а вот еще немногим более пятидесяти лет назад очень часто. Пока отцу нынешнего императора не надоело и он издал указ, согласно которого ученики рода, который построит два дома на территории школы, будут всегда занимать один из них. Второй будет заселяться на усмотрение правления школы. Герцоги и многие графы, из более обеспеченных семей, воспользовались этим правом, поэтому вы видите в основном детей баронов.
— И насколько соблюдаются правило о запрете разделения на сословия? — скептически спросил я.
— Правильно мыслите, — одобрительно улыбнулся мой собеседник, — убийства, конечно тщательно расследуются и караются строго, но на счет всего остального…
— И откуда же вам все это известно? — заинтересованно спросил я.
— Так брат мой заканчивал эту школу.
— И последний вопрос: почему меня все считают аристократом? Только благодаря моему красавцу коню, с которым признаюсь честно мне просто повезло. Я сам всю жизнь был обыкновенным мальчиком.
— Так у вас за версту чувствуется не одно поколение благородных предков, а конь только подтверждает это. Если вы хотите быть простолюдином, то и ведите себя, как они.
— Да я вроде стараюсь не выделяться, веду себя как обычно, без снобизма и высокомерия.
— Вот я это и имел в виду, — он искренне улыбнулся, — вы ведете себя привычно для своего круга.
Я поблагодарил стражника за ценные сведения и направился к очереди, где стояли аристократы. Не потому, что стал причислять себя к ним, причина другая — там многие были верхом на лошадях, в отличие от другой части поступающих, где все пришли своими ногами. А выделяться мне никак не хотелось. Приблизившись к входу, я увидел, что те, кто был верхом отдают своих скакунов слугам, а сами проходят пешком. Я забеспокоился, потому как расставаться с Агатом не хотел, но когда подошла моя очередь и я, спешившись, подошел с конем под уздцы, меня спросили:
— Коня негде оставить?
— Да, — согласился я, — я один, нет у меня родственников.
Парень, как я понял из выпускного курса, достал две пластины, дав одну мне, а вторую хотел прицепить Агату. Но мой конь оскалился, если можно это выражение применить к коню, и тот быстро отдернул руку.
— Боевой? — спросил он и я кивнул.
Он забрал мою пластину, соединил их, сделал какой-то пасс и вернул мне, сказав чтобы я сам надел на своего коня. Дальнейшую процедуру я знал из подслушанных разговоров, поэтому спросил только на счет коня. Оказалось, что для таких как я предусмотрена конюшня, где и находятся кони, правда предупредив, что ухаживать за боевым конем придется мне самому. Дальше все прошло быстро — я приложил руки к какому-то артефакту, плетения которого мне не видны, и мне выдали пластину с моими магическими характеристиками. Проводив коня к конюшне, я обрадовался, что там все как на подбор красавцы, были даже крупнее моего, но я был уверен, что Агат даст любому из них фору.
— Ты тут особо не командуй, — на прощание сказал я ему, — но и себя в обиду не давай.
Он возмущенно фыркнул, я дал ему заранее приготовленное яблоко и пошел искать факультет артефакторики, предварительно сняв с него седло. Нашел быстро, оказывается приемные комиссии находились в одном здании — центральном. При подходе увидел парочку не иначе как крестьян, посмотрел как те себя ведут. Блин, вроде точно также глазею по сторонам, поэтому не представляя как притворяться плюну на это дело и решил вести себя как раньше.
— Нда, — пробормотал я, — конкурс на мой факультет просто жуть — ни одного человека.
Честно говоря я был очень удивлен, поскольку на боевом стояла длинная очередь, целительском целых пять человек, даже на некромантию в ожидании томились, как ни странно, две девушки. И только у последних дверей алхимии и артефактории была пустота. В кабинете сидело два преподавателя лет по тридцать пять, которым я отдал свою пластину.
