/*Прим. автора: Чарльз Джошуа Линдси – персонаж неканонический*/
- Признаться, я вообще не понимаю, - начал он, - зачем мы вообще собрались. Претензии грязнокровки и полукровки к Министерству – это смешно. Об этом вообще не стоило бы даже и разговаривать, не говоря уже о созыве сессии Визенгамота, оторвавшей от важных дел многих представителей благородных семейств!
При последних словах выступающего, Люциус едва заметно поморщился. Видимо, претензии семейства Линдси, не насчитывающего и трех поколений, на «благородство» представлялись ему недостаточно обоснованными.
Когда чрезвычайно довольный собой Линдси сел, бросив взгляд на кивнувшего ему министра, вскинулся Шеклбот. Но чуть раньше взлетела трость, скрывающая в себе палочку Малфоя.
- Люди не равны, - начал он, когда мадам Боунс предоставила ему слово. – И ошибкой было бы допустить предъявления одинаковых требований магглорожденному, который может нарушить какие-то из установлений, управляющей жизнью магического сообщества по незнанию, полукровке, - тут Малфой зыркнул в сторону Линдси, - и благородному магу. Это было бы глупостью, о которой действительно «не стоит разговаривать». Но хотелось бы уточнить, как следует определять стороны, столкнувшиеся в данном деле. С одной стороны у нас имеется полукровка, по ошибке министра получившая возможность говорить от имени Министерства, каковой и воспользовалась наихудшим возможным образом: нарушая постановления данного благородного собрания, оскорбляя не только отдельных волшебников, но и благородные Дома, отбирая собственность и вмешиваясь в частную жизнь. И ее героическая гибель не должна заслонять от нас предыдущих деяний мадам Амбридж, - бледный Фадж сидел в кресле, расплывшись, как медуза. От своего давнего спонсора он никак не ожидал такого жесткого выступления. – С другой же стороны, защиты и справедливости Визенгамота просят (хотя, по чести говоря, могли бы требовать) глава Дома Блэк, древнейшего и благороднейшего, и его признанная предками и Источником Дома Хранительница крови. С учетом же представленных доказательств, мне представляется, что обсуждать действительно нечего: Министерство должно выплатить виру за оскорбление, вернуть незаконно изъятый артефакт и принести извинения.
Последний пассаж чуть было не заставил меня неприлично заржать, и только уже неоднократно упомянутый опыт присутствия на балах иллитири позволил сохранить лицо. Обгорелую страницу из архива Избранного с надписью «Авва марда авва. Куар…» Амбридж в нервах сожгла, так что возвращать было нечего. И Малфой об этом, без сомнения, знал.
Со стороны Светлых поднялся Грюм Грозный глаз.
- Дело действительно представляется мне несложным. Но, в связи с тем, что истцами был предъявлен суду большой объем документов, сейчас уже слишком поздно, чтобы можно было рассчитывать на спокойное, справедливое и беспристрастное разбирательство. Предлагаю прервать заседание и завтра собраться тем же составом, чтобы желающие выступить – могли подготовить свои выступления, не основываясь на эмоциях, как это сделали коллеги, уже высказавшие свое мнение, но на праве и разуме.
Некоторое время после этого ушло на склоку. Темные требовали немедленного голосования, в то время как светлые и нейтралы всячески поддержали выступление адепта «Постоянной бдительности». Светлые желали выяснить: какую позицию им следует занимать в свете совершенно непонятных телодвижений Малфоя: то ли «всеми силами противостоять Тьме», то ли – «продолжать поддерживать Мальчика-который-Выжил». Нейтралы же нуждались в достоверной информации: кто, сколько, и за какой исход голосования готов заплатить. Так что в итоге они пересилили, и прения были перенесены на завтра.
Выйдя из зала заседаний, Снейп, в отличие от предыдущего директора, не имеющий возможности использовать феникса и переместиться прямо в Хогвартс, аппарировал нас к Хогсмиту.
Придя в себя после аппарации, я схватил Миа в охапку, крепко обнял, и, сделав шаг, пересекающий границу защиты Хогвартса, стал целовать. Девочка не сопротивлялась. Более того – она запустила свои пальчики мне в шевелюру, и страстно отвечала на поцелуй.
Раздался еще один хлопок, знаменующий прибытие профессора Макгонагалл, также участвовавшей в заседании Визенгамота в качестве свидетеля по эпизоду с Темным зеркалом и Кровавыми перьями. Увидев целующуюся парочку, она ошеломленно посмотрела на нового директора Хогвартса и регента рода Поттер.
- Северус? – ее выражение было непередаваемо.
Снейп изобразил что-то среднее между «улыбкой» и «усмешкой».
- Я лично отменил на территории школы декрет «о восьми дюймах». Так что теперь – не имею оснований мешать главе Дома Блэк целовать его невесту.
