Макгонагалл бесилась. И злило ее отнюдь не безнаказанное поведение целующейся парочки. Нет, это декан Гриффиндора, несмотря на все пуританское воспитание, вполне пережившая заложенный Основателями приз в негласном соревновании «пройди по непроходимой лестнице», могла бы понять и принять довольно-таки спокойно. Тут как раз ее скорее удивило поведение нового директора школы, прежде для Снейпа совершенно не характерное. Бешенство же, на грани оборота, у декана вызвало то, что ее подопечных таскают на какие-то там никому не нужные заседания, пренебрегая тем, что вообще-то говоря, учебный год еще не закончился, и в понедельник, последовавший за предыдущим воскресным собранием Визенгамота, у детей есть занятия в школе.
В чем-то я с ней была согласна. Не то, чтобы завтра ожидалось что-то запредельно важное… Но мне было очень любопытно, как осуществляется манифестация вектора-магистатум в пси-поле инкуб-преобразования. И как раз завтра на уроке Чар ожидалась тема, на которой было бы уместно высунуться с этим вопросом. Правда, урок неизбежно оказался бы сорван, поскольку я-Воительница уже сговорилась с близнецами, чтобы организовать тот самый, пресловутый «запах селедочного рассола, интенсивность шестнадцать микротопоров»…
Пришлось процитировать классическое:
Я еще не закончила цитату, когда у Авантюристки появилась новая и интересная мысль. И я ее некоторое время думала, как раз пока профессор Макгонагалл излагала свои мысли по поводу му… дрого Визенгамоста и св… едущего министерства. То, как она ухитрялась почти вовремя заменять эпитеты, которые не стоило бы слышать детям – внушало уважение.
Хитро посмотрев на Гарри, я оттянула ворот кофты, и полезла себе за пазуху, чем вызвала недовольно-удивленный взгляд профессора Макгонагалл. Зато когда я извлекла на свет цепочку с висящим на ней хроноворотом, преподаватель трансфигурации одобрительно кивнула мне.
- Хорошая мысль, - кивнула нам кошка-оборотень. – Только… Мисс Грейнджер, Вы понимаете, что после того, как вы покажите имеющийся у вас хроноворот, министерство расшибется в лепешку, но его у вас отберет?
- А у нас еще один есть, - улыбнулся Гарри. – К тому же, как раз завтра будут обсуждать незаконную конфискацию у меня артефакта… Так что после прецедентного решения Визенгамота министерству придется очень сильно извернуться, чтобы доказать, что хроноворот – не есть «артефакт особой опасности», на который распространяется предыдущее постановление Визенгамота о порядке конфискации…
О том, что конфисковать такой предмет законным порядком в пределах оговоренных упомянутым постановлением – практически невозможно, Гарри упоминать не стал.
Оговорив то, что директор Снейп будет контролировать наше перемещение «в реальном времени», профессор Макгонагалл удалилась. Впрочем, сам Снейп тоже не стал нас задерживать.
Добравшись в нашу комнату, я толкнула Гарри на кровать, а сама уселась ему на колени. Так что некоторое время мы провели за занятием, несомненно, более приятным, чем обсуждение особенно изворотливых политических личностей. Тем более, что на завтрашнем заседании от нас уже практически ничего не зависит.
Луна и Джинни заявились как раз тогда, когда ладонь Гарри соскользнула туда, где то, на чем она лежала «спиной», или хотя бы «талией» назвать уже не получалось. Впрочем, младших участниц гарема это зрелище нисколько не смутило, что и неудивительно, учитывая видения Луны и то, как Янтаринка изображала столик.
- А вам столик точно не нужен? – откликаясь на мои мысли спросила Луна. Она обняла Джинни сзади, положила голову ей на плечо и заинтересованно смотрела на нас.
- Не то время, - вздохнула я. – И не то место. Хотя… - я посмотрела в глаза Гарри, и мы кивнули друг другу. – Я, пожалуй, слишком устала. Надо поспать…
В три движения палочками, мы соорудили из трех кроватей одну, зато широкую, и удобно расположились на ней. Мы спали, и нам снился сон…
***
- Неплохо… - Морион отставил калебас на специальную подставку, которую только что выдумал из варпа, и взял со столика некую сладость, попробовать которую в реальном мире было малореально. Колдуны К’Сала очень уж дорого брали за партию… и отнюдь не деньгами.
- Ага, - согласилась я с ним. – Хороший сон. Добрый и красивый.
Луна, устроившаяся напротив нас, утащила со столика сложную конструкцию из расплавленного сахара, текущего по хитро закрученным складками пространства, и сейчас с радостным видом ее обсасывала. Эмпатическая связь дала мне понять, что сном наслаждается даже Джинни, хотя, признаться, не понимаю я такого… Но если ей нравится – то почему бы и нет?
А на экране перед нами разворачивалось любопытное действо.
