- Встань, - бросила я. – Не люблю, когда передо мной унижаются… То, что ты получила убежище в Доме, не делает тебя рабыней.
- Я прислуживаю в доме, и служу Дому, - ответила молодая ведьма, которую Трикси вытащила из борделя, принадлежавшего «достойному и благоразумному члену общества». Ее подруги давно уже вернулись в волшебный мир, и продолжили жить своей жизнью под бдительным взглядом Министерства, все еще надеющегося выйти через них на «беглянку Лестрейндж», а кое-кто и вовсе скрылся в большом мире, сочтя пережитое – достаточным основанием для того, чтобы покинуть мир волшебников (и не сказать, чтобы я их не понимала).
- Хорошо, Филис, - кивнула я ведьмочке-служанке. – Можешь продолжать. Скажи только: где сейчас гостья Дома?
- Юная госпожа Делакур сейчас в гостиной. Госпожа Блэк приказала подать туда горячий шоколад, - ответила Филис, не поднимаясь с колен.
Я пожала плечами. Если это уничижение превыше гордыни ей нравится – то почему бы и нет? Я все-таки, стараниями демона Хаоса – не та девочка, что старалась навязать домовикам свою единственно верную истину, не понимая, что, заставляя их измениться по моей воле – не даю им свободы, а, всего лишь, меняю им хозяина.
В гостиной ожидаемо обнаружилась светловолосая девочка, которая держала двумя руками чашку с дымящимся густым напитком, и заинтересовано оглядывалась по сторонам.
- Привет, Габриэль! – поздоровалась я, отбрасывая боевой облик.
- Эрмион! – обрадовалась девочка. – Я так рада видеть Вас! Тут так все интересно! Мадам Блэк показала мне дом, и я…
Я улыбнулась, слушая непосредственные впечатления открытого и доброго ребенка.
Сверху, из жилых комнат, спустилась Трикси, получившая сигнал от защиты о пересечении периметра.
- Хранительница крови Блэк… - не смотря ни на что, мне до сих пор странно видеть, как взрослая женщина склоняет передо мной голову, признавая мое старшинство в роду. Но, как-то так оно и получается… Так что мне остается только принять это.
- Трикси, - улыбнулась я, - как прошло ваше с Габриэль путешествие?
- Миледи Делакур была несколько… удивлена моим появлением. Ведь всем, кому это сколько-нибудь интересно, известно, что Дом Лестрейндж – прерван. А вот о том, что глава Блэк вернул мне имя Дома – широко известной информацией не является. Но я сумела доказать, что являюсь официальной представительницей Дома, и действую по поручению Главы.
- От Очищающих отвязаться удалось? – поинтересовалась я. Признаться, я сомневалась в том, что наивный маневр с публичной истерикой Аполлин Делакур мог сбить со следа Очищающих. Собственно, потому мы и отправили за Габриэль одного из лучших боевиков Дома… да еще и с поддержкой Антонина Долохова.
- Шестерых списали в безвозврат, еще двоим удалось сбежать, - отчиталась Трикси.
- Надеюсь, они видели твое лицо? – уточнила я.
- И Антонина, - подтвердила Трикси. – Так что сейчас они ищут добычу у Темного лорда.
- Пусть ищут, - кивнула я. – Авось найдут… неприятностей.
- Как говорит наш Глава, - усмехнулась Трикси, - «Познать Полного Песца можно только встретившись с ним».
Мы с Трикси вместе полюбовались недоумевающим выражением на личике Габриэль и дружно расхохотались.
Мы сидели возле камина в гостиной дома Блэк, и наслаждались статьей в Ежедневном Пророке, больше напоминавшей военную хронику, чем статью мирного времени. Стычки Вальпургиевых рыцарей и Очищающих происходили по всей Англии. Разумеется, происходили они не только в тех местах, которые Том при моей помощи наметил, как места ключевых гекатомб будущего ритуала. В этих местах схватки были даже не самые впечатляющие, чтобы не навести кого не надо на ненужные мысли.
Светлый круг тоже не сидел, сложа руки. Друзья и соратники Дамблдора готовились к столкновению с Тьмой: собирали силы, контрабандой завозили запрещенные артефакты, вели агитацию… Думаю, что и моя, и томова разведки не нашли и половины того, что готовил Светлый круг. Также наивно было бы надеяться, что деятельность Вальпургиевых рыцарей совсем прошла мимо внимания шпионов и аналитиков Светлого круга.
Визенгамот лихорадило: ожесточенные словесные схватки, плавно перетекающие в дуэли, случались практически по каждому, самому незначительному вопросу.
