Как Хранительница крови рода, я выдала девочке разрешение, и Габриэль надежно потерялась в автобиографии Кастора Блэка, старшего из близнецов Блэк, принимавших участие в Столетней войне. Были там кое-какие факты о вполне себе здравствующих французских родах, которые отнюдь не остыли за прошедшие века, и которые мы с Гарри, с благословения Вальпурги, решили ненавязчиво засветить союзникам. Оттого-то Габриэль еще в прошлое посещение библиотеки «совершенно случайно» наткнулась на записи Кастора. Прочла она достаточно, чтобы заинтересоваться, но не столько, чтобы удовлетворить интерес и забыть. А без меня или Гарри даже Трикси не могла разрешить пользоваться некоторыми книгами, к числу которых воспоминания Кастора Блэка вполне себе относились. Так что, когда Габриэль, общаясь с отцом, пересказала ему историю о том, как получилось, что Жанна д’Арк в свой последний бой пошла без некоторых интересных артефактов, и почему ее вообще смогли захватить в плен, тот не мог не заинтересоваться. В конце концов, предок семьи Делакур, живший в те времена, давал клятву верности Жанне не только лично, но от всего рода. И теперь Габриэль полностью погрузилась в изучение воспоминаний Блэка, старательно делая записи. А пока она занималась, я решила тоже погрузиться в воспоминания… и как бы не более давние.
***
Темный эльф шел по улицам города. Когда речь идет об иллитири и их городах, в воображении рисуются либо подземелья Мензоберронзана, либо вечный сумрак Камморага. Но данный город был исключением. Три огромные луны, каждая из которых, поднимаясь над горизонтом, занимала по полнеба, освещали кристаллические строения неярким призрачным светом, почти не дающим теней.
Узкие, извилистые, удобные для обороны улицы периодически пересекались с широкими каналами. Впрочем, каналы не были каналами в полном смысле этого слова, и текла там отнюдь не вода. Да и мосты, соединяющие Лантариал в единое целое, не были мостами. И, шагнув на один из них, несведущий путник мог оказаться где угодно. В том числе – и в прямом смысле этих слов, прошагать на тот свет даже без помощи таких естественных причин, как кинжал в спине. Так что темный эльф, в одиночку пересекающий город в плаще со знаками небольшого, но широко известного в узких кругах Дома Да Ганн Шинзен, сильно рисковал. Тем более, что на улицах города никогда не переводились добрые души, жаждущие помочь несчастным, ищущим неприятностей, их найти.
Впрочем, приемный сын Дома, хоть и был новичком в Лантариале, зато осознавал опасности потока варпа, несущегося под теневым путем, что почти успешно притворялся мостом. Впрочем, в отличие от большинства местных обитателей, он знал и о преимуществах, которые предоставляет колдуну Хаоса это место. Так что он остановился прямо на мосту, и, опираясь на тонкий черный посох, ждал приближения банды летунов, что на своих заклятых досках с хохотом налетели на глупого одиночку.
- Эй, шинз*, - крикнул предводитель маленького прайда, разглядывая несимметричный узор на лице остановившегося странника. – Ты еще новичок в городе, поэтому не знаешь, что за проход через наш район принято платить!
/*Прим автора: «шинз» - сокращение от «шинзгерранх» - помраченное состояние сознания вследствие употребления определенных наркотиков, либо же колдовских экспериментов. Довольно обычно для Домов, ищущих силу на путях колдовства, к числу которых относится и Да Гаан Шинзен. По понятным причинам, данное оскорбление воспринимается членами Дома Да Гаан Шинзен особенно болезненно (частенько – для оскорбителей)*/
Странник рассматривал заговорившего с ним, слегка наклонив голову. На его губах мелькала какая-то призрачная, потусторонняя улыбка. Так что не было понятно: сознает ли тот, к кому обращались, присутствие собеседников.
- Слушай, - обратилась к своему предводителю одна из следующих за ним девчонок. – Это же действительно шинз! Давай уйдем отсюда. Знаешь же: от таких не знаешь, чего ожидать. Им же законы не писаны: ни эльфийские, ни Высшие!
