– Дайте мне чем-нибудь подкрепиться, – сказал Волшебник. – Мои нервы вот-вот сдадут.
Муми-мама тотчас выбежала вперед с оладьями и вареньем и дала ему большую тарелку.
Пока Волшебник ел, все набрались духу и подошли поближе. Кто ест оладьи с вареньем, тот не может быть таким уж страшно опасным. С таким можно говорить.
– Вкусла? – спросил Тофсла.
– Да, спасибо, – отвечал Волшебник. – Последний раз я ел оладьи восемьдесят пять лет назад.
Всем сразу стало его жалко, и все подошли еще ближе.
Поев, Волшебник вытер усы и сказал:
– Я не могу отнять у вас рубин. Купленное может быть только куплено снова или отдано. Не продадите ли вы мне его, скажем, за две алмазные горы и долину, полную разных драгоценных камней?
– Нетсла! – ответили Тофсла и Вифсла.
– И вы не хотите отдать его мне? – спросил Волшебник.
– Нетсла! – ответили Тофсла и Вифсла.
Волшебник вздохнул, посидел немного, задумчивый и удрученный, а потом сказал:
– Пусть празднество идет своим чередом! А я вам немного поколдую. Каждому свой фокус! Пожалуйста, задумывайте! Члены Муми– семейства первые!
– Это должны быть вещи, которые видно, или мысли? – чуть помедлив, спросила Муми-мама. – Вы понимаете, что я хочу сказать?
– О да, – ответил Волшебник. – С вещами, конечно, проще, но и мысли тоже можно.
– Тогда мне очень хочется, чтобы Муми-тролль больше не тосковал по Снусмумрику, – сказала Муми-мама.
Волшебник взмахнул плащом, и печаль вмиг покинула сердце Муми-тролля. Тоска сменилась ожиданием, а ведь ожидать куда легче.
– Я тоже придумал! – воскликнул Муми-тролль. – Милый Волшебник, пусть весь этот стол, со всем, что на нем есть, улетит к Снусмумрику, где бы он сейчас ни был!
В то же мгновение стол взмыл между деревьями и поплыл на юг вместе с оладьями и вареньем, фруктами и цветами, пуншем и карамельками, а заодно и с книгой Ондатра, которую тот положил на уголок.
– Э-э! – запротестовал Ондатр. – Прошу немедленно отколдовать мне книгу обратно!
– Сделанного не воротишь! – сказал Волшебник. – Но вы получите новую книгу! Извольте!
– "О нужности всего сущего", – прочел Ондатр. – Но ведь это же совсем не та книга! В моей трактовалось о тщете всего сущего.
Однако Волшебник только расхохотался.
– Теперь, кажется, моя очередь, – сказал Муми-папа. – До чего же трудно выбирать. Перебрал в уме массу вещей, но не смог придумать ничего мало-мальски стоящего. Оранжерею веселее построить самому. Ялик тоже. У меня все есть!
– Но тебя никто не заставляет загадывать, – сказал Снифф. – Ты можешь отдать мне свою задумку, и я загадаю два раза!
– Так-то оно так, – сказал Муми-папа, – только раз уж имеешь возможность загадать, то...
– Не тяни волынку, – сказала Муми-мама. – Загадай хотя бы приличный переплет для своих мемуаров!
– Что же, это мысль! – радостно сказал Муми-папа, и все вскрикнули от восхищения, когда Волшебник вручил папе инкрустированный жемчужинами переплет из золота и красного сафьяна.
– А теперь я! – крикнул Снифф. – Желаю собственную лодку! Лодку, похожую на раковину, и с пурпурным парусом! И чтоб мачта была из розового дерева, а все уключины из изумрудов!
– Это немало, – дружелюбно сказал Волшебник и взмахнул плащом.
Все затаили дыхание, но лодка не появлялась.
– Не вышло? – разочарованно спросил Снифф.
– Очень даже вышло! – отвечал Волшебник. – Только, самой собой, я поставил ее на воду у побережья. Ты найдешь ее там завтра утром.
– И уключины из изумрудов? – спросил Снифф.
– Ну конечно. Четыре штуки и одна запасная, – сказал Волшебник. – Следующий.
– Право, не знаю, – начал Хемуль. – Сказать по правде, я потерял лопату для выкапывания растений, которую одолжил у Снорка. Так что мне, безусловно, нужна новая лопата.
И он, как положено всякому благовоспитанному хемулю, сделал книксен[5], когда Волшебник вручил ему новую лопату.
– Вы не устали колдовать? – спросила фрекен Снорк.
– Нет, все это очень легкие задумки! – ответил Волшебник. – Так что же угодно маленькой фрекен?
– Наверно, это будет дело потруднее, – ответила фрекен Снорк. – Можно, я шепну вам на ухо?
Когда она кончила нашептывать, Волшебник не без удивления спросил:
– Вы уверены, что вам это необходимо?
– Совершенно уверена! – выдохнула фрекен Снорк.
– Ну что ж! – сказал Волшебник. – Да будет так!
И в то же мгновение по толпе прошел вздох изумления. Фрекен Снорк совершенно преобразилась.
– Что ты с собой сделала? – взволнованно спросил Муми-тролль.
– Я задумала себе глаза деревянной королевы, – ответила фрекен Снорк. – Ведь она казалась тебе такой красивой!
– Да, но... – начал несчастный Муми-тролль.
– Так, по-твоему, они некрасивые? – спросила фрекен Снорк и расплакалась.
– Ну полноте, – сказал Волшебник. – Если вам разонравилось, ваш братец может пожелать, чтобы у сестры стали прежние глаза!
– Да, но я думал совсем о другом, – возразил Снорк. – Я не виноват, если у нее такие глупые желания!
– А что ты задумал? – спросил Волшебник.
– Вычислительную машину! – ответил Снорк. – Такую, чтобы решала, что справедливо, а что несправедливо, что хорошо, а что дурно.
– Это слишком трудно, – сказал Волшебник, покачав головой. – С этим я не справлюсь.
