Что случилось дважды — может произойти и трижды. Закономерность это называется.
Вот только мне что-то не верилось, что гарнизон сложит оружие, увидев якобитский флаг над одной из башен. Поэтому был проработан вариант на случай неудачи — а именно, пороховой погреб. По свидетельствам немногих, кому доводилось бывать в Эдинборо, он находился в подвалах у южной стены, как раз за Большим Холлом.
Ночью в замке очень легко запутаться среди различных переходов, эстакад, лесенок, поэтому мы допросили нескольких пленных англичан. По отдельности, разумеется. Они подтвердили наши предположения.
Ну и… Ну и я вызвался добровольцем. Дональд Робертсон серьезно нахмурился, Иан воздел к небу руки в немом жесте, Макферсон осуждающе покрутил головой, Мюррей разразился довольно негативной тирадой. Лишь Ангус и мой названный отец не произнесли ни слова, хотя старший Кеппох отвел взгляд в сторону.
— Не нужно, Алистер. Еще успеешь показать свою удаль. У нас есть опытные воины, кто всю жизнь проходил по горам, пусть они этим занимаются. Это замок не есть наша конечная цель.
— Конечно нет. Вот и я удивляюсь, ради чего мы тут застряли? Давайте просто коронуем принца в Холируде и все!
Собравшиеся переглянулись. Иан сказал:
— Не знаю, будет ли это сюрпризом для тебя, но принц пришел сюда не за короной. Его желание — короновать своего отца, Джеймса.
От так вот! Ну что ж, лучше позже, лучше позже…
— И для этого вы шли на Лондон год назад?
— Не совсем так. Тогда вся наша надежда была на французов, — взял слово Ангус. — Окажись мы в Лондоне, можно было бы рассчитывать на скорую высадку французской армии. Да и на поддержку всего католического населения Англии.
— Тогда это полностью меняет дело. Когда нам грозит новая армия Уэйда, нельзя оставлять в тылу замок. Тем более, как я слышал, гарнизон силен, там укрылись остатки немецких наемников. И они могут в любой момент ударить нам в спину. Ведь так?
— Это правда, — Ангус кивнул.
— Ну вот. А если мы взорвем их запасы пороха, то они окажутся безоружны.
— Брат, я уважаю твою решительность, но даже если ты взорвешь их погреба, как ты выберешься оттуда? Одно дело — встретить врага в бою, где ты сам решаешь свою судьбу. И рядом стоят твои братья. Другое дело — когда ты будешь сидеть в этом замке, как в западне, если вообще уцелеешь после взрыва. Что ты станешь делать? Прыгнешь со стены, словно кот?
— Видите ли… — я прокашлялся в кулак. И вспомнил слова Роба. — Вы все водили людей в бой, все рисковали жизнью. Бросались в атаку на ряды красных мундиров, на пули. И не думали о риске. Так почему мне отказано в праве проявить себя, пусть и с риском для жизни?
Лорд Джордж тем временем подошел ко мне ближе:
— Вот зачем тебе это надо? Ты уже и так сделал все, что в твоих силах, а именно — дал нам идею. Зачем тебе идти на риск? Ты отменный боец? Или скалолаз? Или что..? У тебя есть что-то, чего нет у других?
— Да, есть. Вот, смотри, — с этими словами я выхватил из кармана зажигалку и ткнул ей чуть не под нос Мюррею.
— Узнаю. Одна из твоих вещиц. Что это?
— Это кремневый замок, — перевел я на доступный язык. И чиркнул колесиком. Вокруг сразу стало как-то тихо, хоть я и глядел в глаза Джорджу, но понял, что все взгляды сфокусированы на мне. Для убедительности высек огонь еще несколько раз. — Если нужно запалить шнур для гранаты или пороховой бочки, удобнее такой шутки не сыскать.
— Запалить шнур можно и от фитиля… — неуверенно сказал Йуэн Макферсон.
— Верно. Но кто потащит с собой тлеющий фитиль ночью, по скалам? И будет карабкаться с ним через стену? И потом красться по замку?
Помолчали.
Мюррей поскреб отросшую щетину. Сказал:
— Друг, доныне ты ни разу не подвел нас. Хоть я в тебе и сомневался поначалу. Пожалуй, ты сам вправе решать свою судьбу и не мне тебя удерживать. Однако знай, эта авантюра приведет тебя к гибели, скорее всего. Но я буду за тебя молиться.
Подошел Ангус. Промолвил:
— Я с тобой.
— Нет, Ангус.
— Ты обижаешь меня, брат.
— Нет, Ангус. Как старший из нас двоих, я прика… Нет, прости! — я положил руку ему на плечо. — Если со мной что-то случится, ты должен жить и помогать нашему отцу.
— Но я выбираю — быть рядом с тобой!
— Ангус, нет. Я не пущу тебя. Или тебе придется убить меня.
— Я понял, брат. Иди. Храни тебя Господь.
И вот я лезу по скале, с тремя десятками добровольцев. И у меня есть запасной план. О котором знаю только я.
Юго-западный склон был не особо крут, за несколько минут мы добрались до невысокой стены, защищавшей ровный кусочек плато за пределами самого замка. Я бы назвал эту стенку палисадом, но официальное название ей — куртина, если не вру. И удача! Она не охранялась! В самом замке горели факелы, а на куртине — ни души. Тем лучше.
Поднявшись чуть выше — и севернее — мы нашли место, которое я приметил еще двумя днями ранее. От скалы и до гребня стены здесь было два человеческих роста, ну может, чуть более.
Сразу же двое горцев прислонились к стене, им на плечи вскарабкался еще один, а довершил конструкцию четвертый, опустившийся на колени рядом с первыми двумя.
