Было в его словах что-то такое, что заставило меня поморщиться. И ведь если я расскажу, то все равно не поверят. Даже сейчас, когда я еще ничего не сказала, они уже не верят. Молчат, стоят шеренгой и не верят.
— Да, — досадливо произнесла, понимая, как это выглядит со стороны. Но я же действительно случайно! Если кого и винить, то президента. Понаехало тут! — между прочим, в правилах не написано про запрет выходов на балкон. Я же не знала, что вы тут тайно нагрянуть собираетесь!
— А если бы знали, то не стали бы подслушивать? — вдруг заинтересовался Роберт, который, похоже, искренне забавлялся ситуацией.
Вспыхнув от его слов, попыталась откреститься:
— Да я неспециально!
— Снова? — вставил свое слово сэр Аньелли, который вроде лорд, но воспитания никакого.
— «Снова»? — вдруг вопросил Оливер Габриэль Арчибальд, вскинув бровь. А голос у него действительно потрясающий. Глубокий, теплый и бархатный как шоколад. — Были прецеденты?
— Юная мисс — тот информатор, о котором я тебе сообщал. — сдал меня Роберт, скрестив руки на груди. — Мисс Оплфорд, если вы позволите, я предложил бы обращаться друг к другу на «ты». Разумеется, в неформальной обстановке.
И с каких пор присутствие президента стало неформальной обстановкой? Но я, конечно, вежливо киваю. Разговаривать нет сил, потому что последние ушли на то, чтобы заставить колени не дрожать.
— Этель Каролина Оплфорд, верно? — вопросил президент и, дождавшись утвердительного кивка от всех нас, продолжил: — Я знаком с вашей матерью, мисс. Роберт, думаю, ты сделал правильный выбор, решив заключить сделку именно с этой представительницей английской аристократии.
И тут настал черед сэра Аньелли в шоке на меня смотреть, а мне вскидывать брови, как бы говоря: «Не ожидал, да?». Род Оплфорд один из трех британских семей, сохранивший право называть себя истинными аристократами. Этель Каролина Оплфорд, леди по рождению — вот, что написано у меня в паспорте. И я почти уверена, что у сэра Аньелли в паспорте стоит пометка «лорд по приобретенному статусу».
— Семья, во главе с дядей, одобрит данный выбор супруги. — усмехнувшись своим мыслям, продолжил Оливер Габриэль Арчибальд.
— Мы заключили сделку, Эл. — отмахнулся Роберт от слов своего брата. — Этель будет получать завышенные баллы на протяжении всего конкурса, победит, а затем откажется от помолвки. Взамен я гарантировал ей неприкосновенность, заверенную родом Арчибальд.
— Интересный…выбор вознаграждения за оказанную услугу. — произнес мистер Арчибальд, присев на столешницу лакированного стола. — Вам угрожает опасность или это предосторожность?
— Я работаю с людьми вашего статуса, мистер Арчибальд. — пожав плечами, ответила я. — Согласитесь, всегда неплохо иметь гарантию того, что очередному выходцу из семьи первой тридцатки не удастся потом стереть меня в порошок. И нет, не спрашивайте, прецеденты действительно были.
— Вы занимаетесь PR-менеджментом, верно? — задал вопрос президент. — Почему вы решили задействовать себя в этой сфере?
— Вы недавно указали на положение моей семьи в иерархической лестнице Британии, мистер Арчибальд. И должны понимать, как трудно бывает представителям аристократии в своих семьях. Моя — исключение, но не стопроцентное. Основным предназначением женщин наш род ставит выгодную брачную сделку. И единственный выход избежать скоропостижного брака — заставить род принять вас как личность. Сфера PR-менеджмента гарантировала, что имя Этель Оплфорд будет на слуху. — и обведя пространство рукой, продолжила: — И я стала заниматься тем, что люблю. PR-менеджмент — это не только путешествия, общение с людьми и работа в мире глянца и блеска, но это также стресс, риск и процесс, заставляющий вкладывать всю себя, чтобы добиться результатов, превзойти ожидания. Вы — президент, правите планетой, заботитесь о благополучии своих граждан. А я тот человек, который пишет вам речь, говорит, что надеть и как улыбнуться, чтобы ваши граждане любили вас.
— Точно, — хлопнул себя по лбу Роберт. — это же Арнольд Мейсен был твоим клиентом, а я все пытался вспомнить, почему я знаю твое имя.
— Вот, — указав ладошкой на наследника Арчибальдов, я улыбнулась. — именно поэтому сейчас я абсолютно независима от рода. Вернее, — досадливо поморщилась, вспомнив контракт с шоу. — была до тех пор, пока мистер Хоткинс вдруг не решил вмешаться в мою жизнь и разнести ее на мелкие кусочки. Калеб имеет удивительное свойство по-особенному влиять на женщин. К сожалению, моя мама, как бы не пыталась привить мне чувства самодостаточности, гордости и независимости от мужчин, в душе очень трепетная и романтичная. Поэтому я здесь, среди всего этого безумия и камер.
— Что ж, причины, по которым обратной услугой вы выбрали неприкосновенность, мне ясны. Вам, как и большинству выходцев из привилегированных семей, нужна зашита от рода. — отозвался Оливер Габриэль Арчибальд. — То, что вы назвали мне — единственные причины?
