— Это почему? — удивилась я, осторожно ощупывая рану. Я ничего не почувствовала. Обезболивающее действовало безупречно.
— А ты с инквизитором флиртуешь. Совсем, что ли, инстинкт самосохранения отсутствует? — вопросил Илдвайн, беря в руки стилус для сшивания ран. Я же уронила челюсть на пол, и она закатилась под кушетку, неприлично звякнув зубами о мрамор. — Ты только пойми, Элька, Клодель Акей Арчибальд — это не Роберт, он твое безразличие терпеть не станет. Наследник еще молод, неопытен, а инквизитор милых девочек, подобных тебе, за завтраком по пять штук съедает. Ох, с огнем играешь, деточка, с огнем…
И доктор пристроился к моему плечу, сосредоточенно сшивая края раны. Выглядел он в сканирующих очках и с высунутым от усердия кончиком языка довольно жутко, однако я оставила свое мнение при себе. Незачем шокировать доктора своим воображением. Или все же роль в моем затянувшемся молчании сыграло удивление, возникшее после слов Илдвайна? Определенно, доктор не так понял мою просьбу к инквизитору присутствовать при операции. Я, если честно, и сама несколько удивилась ей. Все же я теряла сознание, а в бреду и не такое можно сказать. Поэтому флиртом здесь и не пахнет. Вот только гложет смутное сомнение, что Клодель Арчибальд мог понять просьбу превратно.
— Илдвайн, я не флиртовала. — решила пролить свет на ситуацию, потому что свое честно имя хотелось отстоять. Глупо, наверное, но мне не было все равно, что подумает доктор. — Я вообще не помню, как попросила инквизитора остаться.
Стилус в руках Илдвайна светился мягким, желтым светом. Я чувствовала, как от него растекается приятное тепло, покалывающее и снимающее напряжение. Но вместе с тем и осознавала, что раз я начинаю чувствовать онемевшую часть тела, то, значит, скоро вернется и боль. Обезболивающее перестает действовать.
— Ты-то не помнишь, Эль. А инквизитор вот помнит. — хмыкнул Илдвайн. — Перед тем, как потерять сознание, ты потеряла большое количество крови, была напугана и неосознанно цеплялась за Клоделя Арчибальда, казавшегося тебе единственным надежным человеком в сложившейся ситуации. А мужчины, Этель, охотники. У инквизиторов этот инстинкт особенно обострен. А теперь представь, что чувствовал Клодель, когда ты хоть и неосознанно, но нежно к нему льнула, стремясь оказаться в безопасности. Что-то да шевельнулось в мертвой душонке, ну просто не могло не шевельнуться. А потом ты очнулась и пошла на попятную. Можно сказать, воспользовалась давним женским приемом: заинтересовать и скрыться, чтобы сам выследил, поймал и съел. Как зверь жертву.
Я невольно содрогнулась от сравнения, заслужив укоризненный взгляд от доктора, зашивающего мою рану и просившего не дергаться. Извиняющейся улыбнулась, задумавшись над его словами.
- Илдвайн, инквизитор сказал, что я была в обмороке не больше пяти минут. — произнесла я. — Когда теряла сознания, думала, что умру, а сейчас вот хорошо себя чувствую. Когда ты успел что-то сделать?
— Я тебе сразу же вколол микстуру Гейда. — сделал врач заявление, ничего для меня не значащее. Собственно, он это заметил, тяжело вздохнул и продолжил: — Она включает в себя элементы, сворачивающие кровь у места ранения, вместе с тем же и ускоряя ее циркулирование по организму. Благодаря микстуре Гейда ты не бьешься в истерике. Там много свойств, Этель. Многие из тех терминов, что я собираюсь употребить, тебе ничего не скажу. Просто запомни, что это — наилучшее изобретение современной медицины.
Я кивнула, принимая объяснение. А Илдвайн тем временем отступил на шаг, оглядывая место свое работы. Удовлетворенно хмыкнул, произнес с некоторым сожалением:
— Шрам останется.
Я же перевела взгляд на плечо, где еще недавно все выглядело впечатляюще ужасно. Сейчас же это была аккуратная красная полоса, с проступившими капельками крови. Признаться, такого я не ожидала. Думала, что ходить мне с дыркой в плече, а все выглядит вполне даже неплохо. Просто красный рубец, который начал неприятная побаливать.
— Выглядит значительно лучше, чем я ожидала. — честно призналась, глядя на доктора. — Спасибо.
Илдвайн польщенно улыбнулся, стягивая с рук перчатки, вымазанные в крови. Следом слетели очки и маска. Теперь передо мной стоял тот самый улыбчивый пожилой мужчина, расстегивающий медицинский халат.
— Будешь принимать лекарства, — начал давать он распоряжения. — Обезболивающее, это — само собой. Затягиваться будет долго, но больше я ничего не могу сделать из-за чертова раствора. Подобное оружие используют на войне, но ни в коем случае не в мирное время. Неприятно признавать, но стрелок хотел доставить максимум проблем и, поверь моему опыту, сделал это. Еще пару медикаментов придется принимать ежедневно, я тебе их выдам. Витамины, микстуры, ускоряющие заживление. Тебе бы сейчас постельный режим, да в условиях конкурса это невозможно, сама понимаешь. Однако твоего отстранения, хотя бы на недельку, я добьюсь. Шоу все равно пока приостановлено из-за произошедшего в лесу, блондинистый хмырь носится по адвокатам, пытаясь выгородить проект.
