– Да, я помню, но я же своими глазами видела! Или ты не веришь мне? Ты думаешь, я эту историю просто так, от скуки придумала?
Марк еще раз попытался осознать услышанное, сделал большой глоток кофе и честно ответил:
– Я тебе верю. В смысле я знаю, что ты не обманываешь. Но я не понимаю. А соревнования? Он же проигрывал буквально всем!
– Я не знаю, как и зачем он это делал, говорю же тебе, он ничего мне сам не объяснил, но мне теперь ясно, что на соревнованиях он дрался не по-настоящему. Он поддавался!
– Это обычно заметно. А мы знаем его не первый день, видели и на соревнованиях, и на тренировочных боях, и на уроках… Ну ладно, мы бы не заметили, но маэстро Дижон! Твой дядя – профессионал высокого класса, его так просто не провести!
– Ах, да! Чуть не забыла самое главное сказать! Когда мы расставались, Альберт строго-настрого запретил мне что-либо рассказывать дяде! Категорически запретил! Поэтому я и пошла к тебе – мне же надо с кем-то поделиться. Я думаю, что он запретил бы и тебе рассказывать, но насчет тебя я просто не спросила, а он сам не догадался. Ну, то есть я же тебе говорю, по большому счету, это все тот же наш Альберт, странный немного… Но теперь уже совсем другой!
– Значит, ты думаешь, что маэстро за столько месяцев просто не заметил его мастерства?
– Ну, может, дядя что-то там себе и замечает. Но, скорее всего, нет! Он бы поделился со мной или с дядей Лукасом, а тот мне бы как-нибудь рассказал…
– А наша с ним несостоявшаяся дуэль? Он же сказал…
– Да перестань ты с этой дуэлью! – Жанна даже немного разозлилась. – Разве ты не понял еще, что все, что он тогда сказал, – неправда! Он не стал драться не потому, что ты сильнее его, а по какой-то своей, неизвестной нам, причине!
Марк хотел еще что-то сказать, но вдруг осекся и замолчал, словно его посетила какая-то важная мысль. Он поспешно посмотрел на собеседницу, чтобы убедиться, что она не заметила этой его мысли, но та как раз отвернулась, чтобы позвать Рагно и заказать чаю с пирожным. Когда же Жанна захотела вернуться к разговору, который казался ей таким важным, Марк уже почти не реагировал на ее слова, отвечая односложно и невпопад. Такая беседа быстро наскучила Жанне, и она, сожалея, что так и не нашла ни ответов на свои вопросы, ни благодарного слушателя, доела пирожное и попрощалась с Марком.
Марк очень редко пропускал тренировки. Он занимался у маэстро Дижона на правах монитора – старшего ученика, а потому давно уже не платил за занятия, а наоборот, занимаясь с группами или проводя индивидуальные уроки для начинающих, сам зарабатывал небольшие деньги. Собственно, школа практически стала частью его жизни, им самим. Он приходил раньше всех и уходил последним, он следил за порядком в зале, составлял расписание, ухаживал за оружием. И он точно знал, когда и кому дает свои уроки сам маэстро.
В этот день он пришел на занятия как обычно, вскоре после маэстро Дижона, который готовился к первому уроку. Уроку, на который был записан Альберт.
Проверив состояние оружия и масок, Марк попросил маэстро отпустить его, сказав, что именно сегодня Рагно требует завершить ремонт стола, который он, Марк, по нечаянности сломал несколько дней назад. Это была неправда. Марк доделал стол еще вчера, сразу после ухода Жанны. Но маэстро, не вдаваясь в детали, легко отпустил любимого ученика, не забыв назидательно заметить, чтобы тот впредь аккуратнее обращался с мебелью в общественных местах. Как раз в этот момент в зале появился Альберт. Как обычно: не слишком рано и не слишком поздно.
Сухо поздоровавшись, Марк вышел на улицу и направился к рыночной площади. Именно на ней, в самом центре города, возле красивой старинной башни, сдавались в аренду наиболее дорогие квартиры. Марк никогда не был у Альберта. Но на правах старшего ученика маэстро Дижона имел доступ ко всем необходимым школьным документам. И, в частности, в его прямом ведении находился журнал учета, где были записаны личные данные и адреса всех учащихся школы. Это было необходимо на случай важных сообщений (вроде срочной отмены занятий), которые нужно передать студентам. Тогда Марк – лично или через посыльного – отправлял сообщения прямо по списку адресов.
Теперь же он направлялся к Альберту лично, точно зная, что того нет дома и не будет в ближайшие полтора часа.
Без труда отыскав фешенебельное здание, Марк поднялся на второй этаж, где располагалась всего одна квартира. Его квартира.
Красивая дубовая дверь, как и следовало ожидать, была заперта. Подойдя вплотную, Марк достал из кармана связку отмычек…
Тяжелая юность иногда имеет свои преимущества. Минут пять Марк, сидя на корточках, ковырял отмычками в скважине. Наконец замок поддался.
