— В чем-то она права, — Кирилл глядел на противоположную сторону оврага, где окна домов поблескивали на закатном солнце. — Дядя Руслан был на совещании в мэрии, думают, нашему городку конец. Всех коммуникаций хватит максимум лет на десять. Народ будут подпинывать уезжать, в Питер или в Псков, а тут разве что центр останется. Сгруппируются вокруг комбината, например.
— Жалко город. Очень уж быстро. Вроде лет пятьдесят еще есть.
— Ты не так считаешь. Лет через пятьдесят мы развалинами будем, если доживем. А лет через десять уже такая веселуха начнется… Так что оно, может, и к лучшему, что случилось, — Кирилл не стал объяснять, что конкретно к лучшему, но Максим понял. Он и сам говорил себе, что мать теперь избавлена от грядущих ужасов агонии человечества, но утешения действовали слабо.
Улица уже опустела, только пара водителей поторапливала припозднившегося товарища, который возился со своей машиной. Время шло к ночи, по одному ходить уже не стоило.
— Пора, наверное, — Кирилл кивнул на закат. — И холодно…
В нескольких метрах от них крыша почти смыкалась с землей. Но не успели они спуститься, как Кирилл присвистнул и вытянул руку вперед:
— Явление Христа народу. Темка!
Проблемный двоюродный братец дожидался их, стоя у огораживающего двор забора. Артем лицом напоминал Квентина Тарантино — тот же прищур, ямочка на подбородке и резко очерченные скулы, то же внешнее обаяние, от которого таяли девушки. Родители Артема тоже таяли, правда, по банальной причине — это все же был единственный и любимый сын. Зато Кирилл частенько устраивал брату нахлобучки, которые действовали на того не сильнее, чем парацетамол на пневмонию.
— Ты чего домой не идешь, дорогу забыл? И немудрено, за столько времени, — сказал Кирилл с явственной издевкой в голосе. — Позвонить трудно было?
— Да все как-то… — Артем неопределенно пожал плечами. — Мать дома сейчас?
— Где ж ей быть. Пошли, она обрадуется.
— Плакать будет.
— Ну да, а ты что хотел? Две недели. Кстати, у Макса мать погибла.
— Опекунша, что ли? — уточнил Артем. Максим поглядел на него косо и сквозь зубы процедил:
— Мама.
Артем закивал:
— А-а, ушатай меня Китай, жалко. Внезапно уж очень.
— Китай до миллиарда ушатался уже, в новостях передавали, — некстати вспомнил Кирилл. — Ну что, пойдем?
Артем секунду переминался с ноги на ногу:
— Не, знаешь что… Я не пойду. Я тут вообще… ну не домой шел, короче. Ты там предупреди, что я жив-здоров, но не приду.
Кирилл повернулся к двоюродному брату медленно, с окаменевшим лицом.
— Не понял, — сказал он отрывисто. — Ты тетку хочешь в гроб загнать?
— Чего ей загоняться? У родителей ты есть, хороший и правильный. Мне только нотации читали и тебя в пример ставили.
— Ты дурной? — Кирилл сорвался на крик. — Ты же взрослый уже, придурок! Не ревнивый пацан! Да блин, переживали они за тебя…
— Ладно, проехали, не ревную я, с чего ты взял, — фыркнул Артем, вытащил из кармана телефон и поглядел на экран. — О, пора. Предупреди их, короче… хотя…
Он оглянулся по сторонам и заговорил полушепотом:
— Короче, пацаны. Сбивается тут одна компашка. Машины будут крутые, трейлеры. Стволы обещали подогнать. Макс, ты же на секцию стрельбы ходил, да? Пригодится. Ну вот, городу нашему хана, и не только ему. Через пару лет ни отопления нормального, ничего уже не будет. Уцелеют крупные города, а что там, приживалами торчать из милости? Миру все равно конец. В других странах там цивилизованно еще, а у нас тут бардак. Ну так лучше нам, молодым, вместе собраться, и… Сейчас на юг рванем, может, границу перейдем, может, тут поездим. Сейчас столько всякого добра бесхозного остается… Что в городе делать, сраным старикам жопы вытирать, когда они дохнуть начнут? За нами же уже никто не досмотрит, мы последние. А так проживем хоть на всю катушку… жить ярко, умереть красиво! Девчонки, какие хочешь, а то они скоро тетками станут…
— Ты чего вообще? — Кирилл попытался встряхнуть брата за грудки, но тот оттолкнул его и вырвался. — Ты понимаешь сам, что несешь? Бандитом хочешь стать и нас зовешь?
— Я выход предлагаю, — Артем отступил назад. — Не лезь, а? Я не хочу тебя бить. Сначала подумай. Ну бардак же во всем мире! Какие бандиты? Какие, нахрен, законы?
— А какая компания? Какая у тебя компания, Темка, идиот, они же тебя, если что, и пристукнут или сдадут ментам, как стрелочника!
— С чего ты взял? У меня друзья, слава богу, нормальные.
— Если такие, как ты — то нет, — Кирилл оглянулся. — Макс, ну ты скажи ему!
— Тем, — Максим сглотнул, не зная, что говорить. — Тем, ты о родителях подумай, пока они живые, потом же сам…
— Теперь и этот из себя сиротку корчит, — презрительно скривился Артем. — То предки всю жизнь тыкали — ах, у братика мама погибла, теперь ты! Все умрем, что мне, жизнь свою просирать? Отец директор комбината… а я даже нормальных денег в руках не держал!
— А ты их заработал? — закричал Кирилл.
— Да разве их заработаешь? Какая теперь работа, что вы даже теперь несете? Начинается закон джунглей, неужели непонятно? Закон сильного! Я не хочу, чтоб меня сожрали.
