– Так, почему опять ревем? – вдруг спросил меня Алексей. Оказалось, что я даже не заметила, как слезы потекли опять у меня из глаз. Может, там что-то поломалось и надо вызвать водопроводчика? А что, вдруг какая-то протечка.
– Я просто думаю, что отныне в жизни наверняка не будет ничего хорошего, – расканючилась я.
– О, такие мысли надо мыслить только под водочку, – резонно заметил Алексей. Но я не нашла в себе сил продолжать алкогольный марафон. Отчего Алексей загрустил, а я принялась напряженно думать о том, что они все там делают. Мама, наверное, старательно обливает меня грязью перед Петечкой и клянется поговорить со мной и заставить одуматься. А сама, небось, в глубине души рада-радешенька. Ведь именно за этим она мне, наверное, про Бориса рассказала. Чтобы я порвала с однокурсником. Потому что на ее материнский взгляд Борис совершенно не опасен, потому что женат. Так что его она, скорее всего, просто использовала, как хороший аргумент. А вот Света, небось, больше в мою сторону даже и не плюнет. Потому что я таким своим безответственным поведением полностью подорвала ее авторитет и статус. А и ладно. А и не очень-то и хотелось. Переживу. Живу же я столько лет без подруг. Даже без Ленки! Интересно, меня оставят в покое или будут мучить и упрекать. А Петечка? Неужели он решит меня мучить и уговаривать? А вдруг он мирно исчезнет с моего горизонта. Вот было бы здорово! Только вот очень тяжело просто так вот сидеть и ждать. Вообще-то меня вовсе не отличает излишнее терпение. Еще с детства мне были ненавистны марафоны или длинные заплывы. Куда приятнее мне было сделать какой-то нечеловеческий рывок и добраться до какого-то вожделенного результата, но ждать – нет уж, увольте. Например, в письменных экзаменах для меня всегда самым страшным было не то, что их надо сдавать, а то, что результаты будут известны хрен знает когда.
– Пусть бы лучше ставили двойку, чем так мурыжить, – считала я. Но все вокруг спокойно терпели и, кажется, совсем не напрягались. То же и со звонками. Всем давно известно, как это муторно и тошно – ждать звонка. Однако все как-то приноравливаются, терпят, ждут. Я же не могла этого никогда. Как только на свет божий появились сотовые телефоны, я стала моментально набирать номер моего оппонента и спрашивать:
– Ты почему не звонишь? Уже пять минут прошло, как ты должен был позвонить!
– Я не успеваю дойти до аппарата, – обычно отвечал мне Андрей. Он отличался стоическим терпением и, наверное, мог взять главный приз на конкурсе дрессировщиков. Потому что ему же ведь нельзя было звонить когда попало. Жена. Н-да. И у Бориса тоже жена. И с этим ничего не поделаешь. Или поделаешь?
– Как ты думаешь, можно как-то точно узнать, что Борис думает о своей жене? – спросила я у Андрея.
– Ну, это совершенно невозможно, – уверенно заявил мой случайный попутчик.
– Почему? – раздразнилась я.
– Потому что неизвестно, что вообще кто о ком думает. Еще не изобрели способа покопаться в чужой голове, – спокойно ответил он. Я швырнула в него подушкой.
– Ну, а хоть по косвенным признакам что-то можно понять? – просительно посмотрела на него я.
– Иногда да, – весомо пояснил Алексей и потянулся через всю свою малюсенькую кухню за еще одной бутылкой пива. Я с интересом прислушалась. – Например, если бы твой Борис жену избил в приступе ярости, можно было бы по косвенным признакам предположить, что он к ней не очень хорошо относится.
– Да уж, это было бы очевидно, – рассмеялась я.
– Ну, не так чтобы очень. Огромное количество российских семей через мордобой демонстрируют исключительно любовь и нежность. Может, твой Борис тоже из таких, – подколол меня Алексей. Я взвилась.
– Во-первых, он не мой. Во-вторых – не из таких. А в третьих – мне просто надо узнать, что он хотел мне сказать, когда приходил ко мне домой.
– И все? – демонстративно вытаращился тот. И откуда на мою голову постоянно сваливаются скептики? Может, у меня такая карма?
– Все. Неужели же тебе трудно?
– Что? – растерялся Алексей. – Что трудно?
– Ну, – чуть потянула время я, – сходи, а?
– Куда? – поперхнулся Алексей.
– Ну, к Борису, – сделала непринужденное личико я.
– Зачем? – охнул тот. А то непонятно! Просто я-то сама не могу к нему пойти, я же гордая. И он меня, в общем-то, не звал. А вдруг он заходил, чтобы просто пожелать мне счастья в дальнейшей семейной жизни. А я тут, понимаешь, губу раскатываю.
– Просто узнаешь, чего он хотел, – предложила я.
– Категорическое «нет», – окончательно уперся Алексей. – Интересно, что подумает твой Борис, когда от тебя в качестве парламентера припрется молодой симпатичный мужчина. Не тот, который был женихом.
– А что он подумает? – сделала растерянное лицо я.
