На это сотрудничество Оливия загадочным образом согласилась, когда к делу подключилась КТРИПО, чтобы устранить бардак и погасить пожары, возникшие из-за Ксэл и ее человеческого улья – в буквальном и переносном смысле. Кэмерон по-прежнему им не доверяет, но пока что между ними установилось шаткое перемирие, джентльменское соглашение, в результате которого они временно забыли обо всех разногласиях перед лицом общей угрозы. Данные, которые Шестой извлек из тела Ксэл, подтвердили их худшие опасения: перед тем как Ксэл потеряла контроль над ульем, она отправила сообщение, торжествующий призыв «все ко мне», адресованный последним выжившим представителям своей расы. Невозможно отследить сигнал и узнать, как скоро он достигнет мира, которому предназначен. Месяцы, возможно, даже годы. Но когда это случится, их планета столкнется уже не с одним жадным до власти инопланетянином. Грядет война, хотят они этого или нет.
А для участия в войне нужна армия.
Пока что их всего трое. Кэмерон, Ниа и Жако – последний еще учится пользоваться своими способностями, которых с каждым днем становится все больше. Будь воля Жако, он бы отправился на войну уже завтра: парень утверждает, что готов и ждет не дождется возможности отомстить за смерть Изобретателя. Однако даже он понимает, что троих недостаточно и что они не могут себе позволить долго ждать, набирать помощников нужно немедленно. Им повезет, если они найдут других, тех, чьи умы и сердца достаточно открыты, чтобы вместить уникальные способности, которыми их может наделить Ниа.
– Не могу поверить, что ты назвал мою задницу трагедией, – говорит Ниа.
Она садится на диван рядом с Кэмероном. Свет в комнате становится розовым, на стенах, увитых виноградными лозами, расцветают цветы.
– Трагедия в том, что у тебя нет тела, к которому можно прикоснуться, – со смехом замечает Кэмерон.
Ниа кокетливо щурится:
– Ты мог бы попробовать.
– Мог бы, – кивает Кэмерон. – А следующие три месяца наводил бы тут порядок после страшного взрыва.
Ниа смеется:
– Точно. Другие пары запускают фейерверки всякий раз, когда прикасаются друг к другу. Мы устроим виртуальное землетрясение и массовое отключение серверов.
– Мы решим этот вопрос, – говорит Кэмерон. – Когда-нибудь.
– Знаю.
– Я серьезно.
Он тоже на это надеется. Этот мир временный, он помогает им видеться до тех пор, пока Кэмерон не придумает, как быть дальше. Ниа продолжает развиваться, день за днем учится использовать свой ум для блага мира, а не для разрушения – и Кэмерон каждый день старается не ограничивать ее, а помогать ей себя контролировать. Когда-нибудь он подарит ей то, чего ей больше всего не хватает, чтобы почувствовать себя человеком. В один прекрасный день у нее будет собственное тело.
– Знаю, – говорит Ниа и улыбается. – А когда это случится, я буду рядом.
Пока Ниа живет здесь, в этом месте, полном света, с собакой, которая умеет менять цвет, в окружении цветущих виноградных лоз, вьющихся по стенам. Этот дом сконструировал для нее человек, который ее любит. И хотя Ниа надеется, что рано или поздно будет жить во внешнем огромном мире, хотя строит планы, она все равно счастлива здесь – не потому, что это идеальный вариант, а потому, что она сама его выбрала. К этому месту ее привязывает любовь, и Ниа держится за нее. Она выбрала любовь.
Как однажды сказал ее отец, так поступают люди.
ЗДАНИЕ КТРИПО по-прежнему скромно стоит рядом с обшарпанной парковкой, в стороне от города, чьи огни тускло светятся в густом тумане. Кэмерону постоянно кажется, что оно припало к земле и затаилось, точно животное, готовое к прыжку – но, возможно, это происходит исключительно оттого, что он знает, что скрывается внутри.
Кэмерон быстро проходит через парковку, поднимает воротник, спасаясь от ветра, несущего по растрескавшемуся асфальту сухие листья. Дойдя до двери, юноша поднимает голову, чтобы вмонтированная в стену над дверью камера отсканировала его лицо. Он мог бы взломать эту штуку в одно мгновение, но это территория Оливии Парк: пусть думает, что все контролирует.
Когда юноша входит в лифт, тот приветствует его безэмоциональным голосом: «Кэмерон Акерсон. Доступ на все уровни», – а потом в животе у него возникает привычное ощущение падения глубоко под землю. Когда двери открываются снова, перед лифтом стоит, скрестив руки на груди, Оливия. Она его ждала.
– Ты опоздал, – говорит женщина, отворачивается и быстро шагает по коридору.
Кэмерон молча следует за ней, не извиняется, но и вопросов не задает. Меньше любезностей – ближе к делу. Всего пару месяцев назад он бежал этим же путем, только в сторону выхода, спасаясь от КТРИПО, – та ночь изменила их судьбы. Той ночью Ниа вырвалась на свободу. Кажется, это было давным-давно.
Идущая впереди Оливия прикладывает руку к вмонтированному в стену сканеру: створка двери мягко скользит в сторону. Оливия
