Ксэл ждала здесь, как часовой, выслеживала свою добычу в безграничном киберпространстве с того вечера, когда Кэмерон Акерсон ускользнул из ее рук. Ксэл затаилась, выбирая удобный момент для нападения. Сначала она боялась, что все ее усилия напрасны, что из-за этого ужасного человека по имени Шестой она лишилась возможности отомстить. Ксэл не планировала терять руку и потратила много энергии на регенерацию: к тому же ее чувства притупились от боли. К тому времени как она сбежала из здания КТРИПО и восстановила полный контроль над своими способностями, мальчишка уже скрылся – несомненно, помчался спасать свою драгоценную Ниа. Когда Ксэл сообразила, что он сбежал от нее по воде, ей оставалось только стоять на берегу озера Эри и пронзительно вопить от злости. Долго-долго она могла лишь таращиться в темноту. Ксэл чувствовала, что мальчишка где-то там, во мраке, его энергетический отпечаток становился все слабее, а потом вообще пропал. Ксэл стояла неподвижно, ее разум кипел от разочарования и злости. Она упустила мальчишку.
Разумеется, лишь на время. К тому времени как Ксэл снова уловила присутствие неподалеку Кэмерона Акерсона, она уже гналась за добычей покрупнее.
Ниа вырвалась на свободу.
Сила, которую Ксэл почувствовала в мальчишке – сигнал, приведший ее на эту планету, – не шла ни в какое сравнение с обжигающей энергией источника этой силы. В миг, когда Ниа сбежала, все тело Ксэл как будто пронзил электрический ток, ее настоящая кожа снова загорелась от воспоминания об оружии, что поразило ее и ее народ. На протяжении тридцати восхитительных и мучительных секунд она ощущала чистую, дикую силу высвобожденного разума Ниа.
Потом все закончилось.
Однако Ксэл с уверенностью могла утверждать, что знает, где искать беглянку.
Человеческое изобретение, называемое «Интернетом», рудиментарное продолжение глупых жизней этих людишек, но грань между ним и ее собственным мозгом очень легко переступить. Без всяких усилий. Как только Ксэл ныряет в эту сеть, запускает гибкие нейроны своей собственной биосети в эту систему – они переплетаются с потоками данных точно так же, как когда-то проникали в поток сознания, объединявший разумы ее братьев и сестер. Она мгновенно чувствует свою добычу. Энергетический отпечаток творения Изобретателя резонирует, как никогда, даже растягивается и раскидывается по бескрайним просторам киберпространства. Ксэл чувствует, как Ниа отчаянно дергается и как сотрясаются системы, через которые она проносится. Старик, вероятно, полагал, что здесь Ниа будет в безопасности, что он изолирует ее от мира, научит копировать человеческое поведение и эмоции. Должно быть, сейчас он горько сожалеет о своем решении. Малышка Изобретателя вышла из-под контроля, возможно, даже немного свихнулась от одиночества и вседозволенности.
Ксэл терпеливо выжидает. Прислушивается. Не торопится. Наблюдает, как Ниа устраивает все больше разрушений, как шаткое равновесие человеческого мира рушится, как мир начинает погружаться в хаос. Будь Ксэл способна на сочувствие, то, вероятно, даже пожалела бы объятых ужасом жителей Земли, ведь их цифровые системы и структуры начали разваливаться. Их страх ей хорошо знаком: они безоговорочно поверили в незыблемость своего мира и не заметили, что его основание прогнило.
Впрочем, сочувствие не в природе Ксэл. Даже если бы она умела сочувствовать, то давно израсходовала бы эту способность. Израненная, собранная из кусочков, разорванная на части и возрожденная, Ксэл с трудом узнает в себе себя-прежнюю, ту, что когда-то жила в золотом сказочном дворце объединенного разума Министерства. Даже прибытие на Землю кажется ей бесконечно далеким, полузабытым. А вот месть постоянна. Это ее сердцебиение, ее цель.
Итак, Ксэл ждет. Наблюдает.
Почувствовав, что удачный момент настал, она посылает собственный сигнал. Свет маяка для бедной, потерянной души, мечущейся во тьме киберпространства. Ниа провела в одиночестве достаточно времени и сейчас наверняка пребывает в отчаянии. Ее любопытство пересилит страх. Ксэл зовет ее, и этот зов похож на песню.
А когда Ниа прибывает и их разумы наконец соединяются, связь так прочна, что у Ксэл перехватывает дыхание.
Когда-то Ксэл разделяла всю эту мощь с целой расой живых существ, но ей приходилось подчиняться старейшинам, а уж они решали, как эту силу использовать. Теперь же решения принимает она – осталось только заставить эту девчонку согласиться. За время, проведенное на Земле, Ксэл кое-чему научилась: наивность людей не знает границ, поэтому, заставив Ниа считать себя одной из них, Изобретатель подписал ей смертный приговор, как, впрочем, и себе.
«Здравствуй, малышка Ниа, – отвечает она. – Я ждала тебя».
КЭМЕРОН НА ОЗЕРЕ, и вокруг него бушует и ярится шторм. Ему холодно, он испуган и одинок. Вверху потрескивает молния. Юноша поднимает голову, и молния поглощает его. Он пронзительно кричит.
