– Внутри восемь человек, две женщины. Вчера вечером гарнизон отправили в часть. Эти из дальнего дозора вернулись потому, что 4 часа нет смены. Идти в монастырь опасаются, уже час шатаются по округе. Остаётся наш парень и чет… – отчёт Ивана прервал жест Васьки. – Машина едет, нет две и… внутри тоже завелась. Что с парнем? – спросил он. – Жив, но очень напуган. И ещё. Там кажется “Чужой”. -настороженно всматриваясь ответил Иван и еле успел удержать рванувшего к монастырю Ваську. Тот мелко дрожал, за гримасой злости не было видно глаз. Теперь это были тонкие трещинки и в них сверкала ярость. Я видел его таким однажды.
В тот день когда нас связали и запретили освобождать гетто под Балтой, в лагере находились трое незнакомцев. Ребята как то проговорились, что их скрутили именно они. Незнакомцы долго разговаривали с командиром по английски, о чём то спорили и убедившись, что он согласен, ушли. Я не помню дальнейших подробностей, меня тогда сильно побили, но я помню как смотрел на незнакомцев связанный Васька.
Уверен, сейчас в монастыре, один из них.
С того места где мы находились, не было видно ворот, а вот уходящая в город дорога хорошо просматривалась. Сейчас по ней отдалялся от монастыря ЗИС-101. Он неожиданно свернул в сторону леса и пропал из виду. Пока Иван удерживал Ваську, на дороге появились аналогичный лимузин, а следом ГЗА-651 (автобус с деревянным кузовом). Я засмотрелся машинами и не сразу понял, что произошло.
Ребята оставили меня одного и побежали в сторону, где скрылся первый ЗИС. Причём первым бежал Иван.
Я понаблюдал за их удаляющимися спинами и начал развязывать солдат, взяв обещание, что вместе пойдём сдаваться приехавшим чекистам. Во дворе нас почему то разделили, меня проверив документы направили к зданию, а солдат поставили к стене как задержанных. У входа курил Сергей Никифорович Круглов. Он ещё раз проверил документы, спросил цель прибытия и провел по коридору к палате.
Толик спал, на железной больничной кровати. У окна стоял Берия и протирал очки. Я представился.
– Рыжаков? – переспросил начальник МВД удивлённо. – Так точно! – Хм, не тянись и можно по простому, Лаврентий. – протянул он руку. – Эээ… Илья. – На вот, тебе просили передать. – он вынул из внутреннего кармана предмет завёрнутый в ветошь. И отдал мне. Ещё не развернув я знал что увижу. – А мы за тобой машину послали. Сергей, свяжись с ребятами.
Круглов моментально растворился за спиной. Мирный тон маршала вызывал опасения. Я развернул тряпицу и взял в руку телефон. Сверху был листочек сложенный вдвое.
Могла и не подписываться, её почерк трудно перепутать. То что зашифровала Толика ясно. Не бояться, это вероятно про Берию и его людей. Назвала себя ведьмой? Это наша с ней старая “игра”. Что значит “не становись сердитым”? Не говорить им про усадьбу или что-то должно произойти, что может меня разозлить?
Начальник МВД, предложил посидеть на улице пока мальчик спит. Спорить не стал. Мы довольно тепло общались на нейтральные темы. Берия явно подбирался к интересующим его вопросам, когда через ворота вошли ребята. Сразу стало понятно, что многие окружающие их знают. Кто-то просто бросал в их сторону короткий взгляд и продолжал заниматься своими делами. А некоторые дергались к кобуре или делали резкий шаг назад, будто опасаясь. Берия был из вторых, по его поведению было заметно, что он боится.
– Привет Лаврентий, – поздоровался за всех Васька. – ты кажется вовремя. Нужно парня оградить от лишних глаз. Хотя бы пока не поправится. Какие у вас планы? Первый приедет?
– Да, через пару дней. О планах не знаю, нужно понять масштаб проблем в будущем и объём информации. – Берия вытирал платком, невидимое пятно на ладони.
– Дела ваши, прямо скажем, плохие. Информацию вам не переварить до конца своих дней. – Васька улыбнулся, своей шутке. – Вы главное, дел не натворите, когда узнаете, кто и как вас заменит. Кстати, для тебя подарок. Там в лесу человек лежит, через 2 с половиной года, он тебя должен был застрелить. Смотри какой пистолет.
– Батицкий значит? И что он там делает? – Берия брезгливо вертел оружие.
– Нам его отдали, уже мёртвым, чтобы живыми уйти.
Мне было не посебе в этой компании и я отпросился, заниматься погребением. Иван ушёл со мной. Федька зачем-то напросился в подвалы монастыря, может в поисках вина. Васька оставался дожидаться когда проснётся Толик.
– Надеюсь ты про усадьбу не сказал? – я отрицательно мотнул головой. – хорошо. Пока Наумова не вернётся, туда ни ногой. Это тебе.
Иван протянул мне ключи от машины. На сколько могу судить от той, что застряла возле пруда. Вот ещё забота.
