- Как получилось, что я стал медиком? - переспросил он. -Когда шел сбор, я приехал на сабиседование к сотрудникам ЧВК «Вагнер». Там были ребята, которые выбирали набор и задавали вопрос. Первий момент - ани сматрели на физические тело твое, как ты себя чувствуешь. Потом других моментов - служил не служил. В каких войсках. Атак как я неслуживший, но я закончил колледж медицинский. А потом стал работат в уралаги-ческом бальнице как медбрат. И вот я задал вопрос, когда у нас собеседование было, я говорю: «Так и так. Я не служил, оружие в руках не держал, опыта войны не имею, но у меня есть медицинский образование! Гажусь вам или нет?». Они мне сказали: «Пачему брат? Канешна, ты у нас будишь санинструктор. Таких как ви нам очень нужно иметь на передке, но надо пройти все эти обучения. Ти не только медик должен уметь, а ти должен быть профф. И защищать, и держать, и бежать. Всего этого ми научим. Ти готов к этаму?». Я согласился и подписал контракт.
- Да. Люди с медицинским образованием нам очень нужны. Хорошо, что ты хоть что-то знаешь. А дальше, что было?
- Ми кагда проходили набор - восемь дней са всеми вместе - мы сначала тренировались, а потом у нас шел атбор. Называлось «Сотка». Стали фармирават 7-й ШО. Патаму што, когда ребят Папасный брали, ат 7-го ШО не асталась ничего. Очень много ребят палажили. Паэтаму не стало 7-й ШО где-та в августе 2022 года. А кагда камандир пришол ставить задачу, штобы сфармировать новый 7-о ШО, вот он приехал к нам в лагерь и собрал там сто челавека. В этий сотки аказался и я.
| Медики |
- Это когда «Конкистадор» бегать вас заставлял?
Да. Стомитровку нада пробижять, а там инструктор смотрят - позывной «Конкистадор». Вот он, сматря на фсех, их спрашивает: «Там кем был в жизни? Чем дишал? Работал, не работал?». Вот таким образам после ста митровки там шол атбор. И очередь да меня дашел. «Конкистадор» мне гаварит: «Што паринек, у тибя есть че-нибудь такое, особеность?». Я говорю: «У меня есть медицинский образование, на щоттого, что там спасать наших бойцов». Он прямо руку дал. Гаварит: «Все, ты атбор прашол, прахади!». Так и стал санинструктор и паказал ребятам, как аказать первий помош.
- Видишь, даже тут тебе пригодилось это. Молодец твой отец, что отправил тебя учиться.
- Вот, я сначала попался в группу «Магазин». В группе я учил, показывал, как аказать первий помош, когда ранило вас там, да. Первий мамент, кагда палучили ранение, нада ставить жгут «Эсмарха». Показал всем, как правильна его ставить и как аказать первий помош. Как эвакуиравать безопасно, чтобы никаких угроза не аказалась. Вот этих маментов мы все прахадили. И патом наш тренировочный лагерь разабрали, помнишь?
- Да. Повезло нам. Никто не погиб.
Он закивал мне головой.
Я поблагодарил «Талсу» за общение и договорился прийти завтра на последнюю капельницу и перевязку.
Благодаря отлично налаженной работе по эвакуации и доставке на всех участках первичный хаос стал стабилизироваться. Естественным путем жизнь расставила командиров на все ключевые позиции, и мы стали постепенно вставать на ноги. Если в первое время мы напоминали младенца, который беспорядочно машет руками и кричит по поводу и без, то сейчас мы стали адаптироваться, освоили язык связи, научились ползать, ходить и бегать. Затем, освоившись, мы стали готовиться, планировать и слаженно отрабатывать запланированное совместно с соседними подразделениями. Война была нашим учителем, потому что не бывает войн, похожих одна на другую. Нам очень повезло, что украинцев учили военные специалисты НАТО, с их опытом совершенно иных войн. Нас учили те, кто уже успел повоевать на этой войне. Новый день ставил перед нами неординарные задачи, и нам приходилось на ходу придумывать тактику и стратегию. Подстраиваться под местность и особенности современной войны, с ее обилием новейших технологий.
- «Констебль» - «Птице»?
- На приеме.
- Мы проверили по спискам. У вас много оружия, которое неясно куда делось? Где оно? - наехал на меня «Птица».
- Мы вроде все сдаем, что находим. Мы с командиром уже поставили отдельного бойца, который будет его искать, -спокойно ответил я ему.
- Одного бойца недостаточно. Нужно срочно решить этот вопрос.
«Слушаюсь, Ваше Высокоблагородие!» - хотелось съязвить мне в ответ, но смысла ругаться с «Птицей» не было, и я просто ответил:
- Принял.
Пока я возвращался на свою позицию я вспоминал раненых, которых выносили группы эвакуации мимо моей позиции в тыл. Сжатые от боли зубы бойцов, безжизненные тела и пятна крови на их форме. Бледные лица и испуганные взгляды с немой просьбой в глазах сделать так, чтобы им не было больно. Разрезанные штанины и рукава, через которые видно опухшую плоть вокруг входных отверстий. Ноги и руки, перетянутые жгутами. Стоны и просьбы не трясти так сильно. Конечно, когда вы ранены и неясно, выживите вы или нет, вам не до оружия. Видимо, в этом и заключалась проблема, которую нужно было решать. Я взял станцию и вышел в эфир.
