А через несколько дней в госпиталь поступило несколько необычных пациентов. Егор, увидев их возле госпиталя, недобро прищурился. Это были афганские пилоты правительственных ВВС.
Егор в это время стоял с вертолетчиками и разговаривал о прошедших недавно боях. Пилоты нещадно поносили «барбосов» — так на жаргоне они называли афганских вояк.
— О, смотрите, идут двое ореликов! — от госпитальных палаток шли двое в форме ВВС афганской армии. У одного из них белел гипс на руке.
Кстати, о «барбосах»… — Егор недобро усмехнулся.
Со спокойным и даже отсутствующим выражением лица он шагнул к афганцам. Первым почуял неладное Сергей.
Эй, Егор, ты куда? — в его голосе появилась тревога.
Да так, поговорить надо…
Он подошел к афганцам.
Извините, это не вы вчера катапультировались после того, как едва не столкнулись в воздухе со штурмовиком? — преувеличенно вежливо обратился летчик к загипсованному.
Да, а что?
Егор без лишних объяснений вцепился ему в глотку.
Ты, сука! Это ты, мудак, со мной вчера чуть не столкнулся!!! Где тебя, гнида «зеленая», летать учили⁈ — орал Егор, тряся бедного афганца, как сухую грушу. — Я тебе сейчас вторую руку на хрен сломаю, чтобы ты, олень вислоухий, в кабину самолета больше залезть не смог и кресло пилотское больше своей черной жопой не поганил!!!
Первым опомнился Сергей.
Егор, успокойся, угомонись! На хрена он тебе сдался? Ты что, трибунала захотел? — пытался успокоить друга Сергей, попутно пытаясь оторвать его пальцы от горла афганца. Получалось плохо.
Да имел я твой трибунал! Вместе с этой вот гнидой! — продолжал бушевать Егор.
Тут подбежали другие летчики и утихомирили неистовствующего Егора. Остальные с интересом наблюдали за развернувшимися перед ними событиями.
— Ур-роды! Только шмаль[25] курить могут и брагу хлебать, а мы за них воевать должны!
А вечером он получил ощутимый «втык» от майора Боровика.
Егор, я понимаю, что они, в большинстве своем, откровенные мудаки и рас…дяи. Но зачем кулаками махать?
Да не махал я кулаками, — угрюмо буркнул Егор.
Ага, ты кулаками не махал, ты ему прямо в горло вцепился! Чуть не задушил!
Так за дело…
Майор шарахнул кулаком по столу.
Ну, знаешь ли! Меня уже достали твои закидоны! Я все прекрасно понимаю, мне тоже тяжело работать с «бар…», с афганскими коллегами, но ты пойми… В общем, так, еще дна такая выходка, и загремишь на гауптвахту. Понял?
Так точно.
Свободен.
Возвращаясь от майора, Егор встретил Наташу. Она возвращалась из госпиталя после смены.
Егор, у тебя что-то случилось?
Да нет, все нормально, — ответил он.
А ты как?
Ничего, нормально. Сегодня пару операции сделала, но обе сравнительно легкие, — девушка вздохнула. — Знаешь, нам вчера пришлось вылетать на место боя и эвакуировать раненых.
Егор кивнул.
Знаю. Борт «256». Мы вас прикрывали. Позывной’Дракон-1', а ваш — «Бирюза».
Ой, Егор, ты нас прикрывал! Спасибо тебе, — она крепко поцеловала летчика.
Он молча положил голову ей на плечо и молча стоял, держа Наташу в своих объятиях и вдыхая едва заметный лавандовый аромат ее волос. Егор смотрел на нее ласково, нежно. В груди, прямо из глубины сердца поднялась волна чего-то такого, что мешало вымолвить хотя бы слово. Да и слова тут были не нужны. Лишь только эти бездонные глаза, нежные взгляды, удары сердец, бьющихся в унисон. И тонкий, едва уловимый аромат лаванды. Эти минуты показались им обоим вечностью.
Еще затемно аэродром был разбужен грохотом вертолетных лопастей. На бетонку приземлилось сразу четыре вертолета Ми-8. Через час сюда же сел транспортный Ан-12.
Летчиков подняли ни свет ни заря. Майор Боровик, которого тоже в срочном порядке среди ночи выдернули из постели, выглядел озадаченным и обеспокоенным. Таким же выглядел и Гиви, но по другой причине: его выдернули из постели молоденькой и смазливой медсестрички.
Ну, Егор, готовься, — проворчал майор. — Никак особисты про твои художества узнали. Но кто ж стуканул?..
Ага, — язвительно ответил злой и не проснувшийся Егор. — И поэтому за мной одним прислали целое звено вертолетов и транспортный «Ан» в придачу.
Поговори мне…
В штабную палатку вошли офицеры, прибывшие на вертолетах. Егор повнимательнее к ним присмотрелся, их лица показались ему смутно знакомыми. Нет, ну точно… Он толкнул локтем стоящего рядом Сергея.
Я, кажется, знаю, что нам предстоит, — шепнул он другу.
