— Что? Я исключительно для отвлечения внимания. Пить даже в мыслях не имею. Мне уже хватит.
Укс кивнул. Все верно, и про «хватит», и про «отвлечение внимания». Но как это сделать на практике? Вывести полковника через сад еще возможно, но нужен экипаж, своей кареты у научно-шпионской группы нет.
Полковник зашевелился:
— Виконт, что со мной? У меня болит затылок.
— Пустяки. Когда мы были под роялем, вы слишком увлеклись и ушиблись. Полковник, вам уже говорили, что вы безумно страстный человек? — Укс мгновенно раскинул пошире живцы смыслов и блесны обманов.
— Мы были под роялем? Я всегда мечтал… — с внезапным воодушевлением восхитился полковник. — Ах, виконт, вы чудо!
— А когда вы были под роялем⁈ — прошептала Фунтик. — А я как же?
— Виконт, не слушайте свою красавицу хотя бы в эту чудную ночь… — полковник пытался крепче обнять за шею, повернуть гостя к себе.
Уксу захотелось бросить шпионские игры и взяться за нож. Быстренько ткнуть в печень полковника, девчонку немедля успокоить иным образом, и дело с концом. Святой дон Рэба им в помощь, но это невыносимо больше терпеть!
Возник официант с подносом, пришлось взять бокалы. Лишившийся разума полковник немедля ополовинил бокал. Укс пихнул Фунтика — девушка обиженно зашептала:
— Да не буду я, я уже трезвая. Это ему — пусть догонится.
Объяснять, что полковнику «догоняться» уже незачем, было бессмысленно. Укс не доверял случайным медикаментам, хаотично нахапанным запасливой Лоуд во всех реальностях. По большей части препараты были без инструкций и со странными сроками годности. Безусловно, лучше иметь хоть какое-то снадобье в безвыходный момент. Но последствия…. Вот что от этой, так называемой «сыворотки миролюбия» ждать, да еще в сочетании с алкоголем и ушибом головы?
— А у него встал, — сообщила Фунтик, с интересом глядя на брюки полковника.
— Это «побочка». И не надо туда смотреть.
— Почему побочка? Довольно прямой. Хотя…
— Уймись!
— Рычишь как на Профессора. Значит, я тоже почти своей стала, — с удовлетворением отметила Фунтик.
Укс отобрал у нее бокал и выплеснул за диван.
— У меня и мысли не было. Только попробовала. По-моему, они виндейское сильно разбавляют, — предположила девчонка.
— Виндейское — помои! — охотно подтвердил полковник. — Едем ко мне. У меня есть настоящее контрабандное виски и кола. Она шипит точно как вы, виконт. А еще щекочет язык. Вы когда-нибудь лобзались с колой?
Фунтик многообещающе хихикнула.
— Вы искусный соблазнитель, полковник, — с ненавистью сообщил Укс. — Решено, едем к вам. У вас точно есть экипаж?
— Малыш, ты шутишь? У меня два адъютанта, кучер-телохранитель и лучшая упряжка вороных в Тануффере. Не спорю, еще лучше лошади у Его Величества, но он предпочитает выезды на белой четверке. Малыш, а хочешь аудиенцию у короля? Всё в наших силах.
Укс уклонился от усатого поцелуя, от отвращения аж зубы заныли, но по почкам не врезал. Не время, Логоса его мать.
— Об этом позже, встаем и едем.
— Послушай, он на ногах не устоит, — прошептала Фунтик довольно трезвым голосом. — И нам через сад не пройти. Там публики много.
За окнами в саду и у шатров раздавались слишком оживленные голоса, куда-то несли фонари, оркестр продолжал тянуть свое, неопределенно приятное, джазовое.
— Придется рискнуть. Дальше будет только хуже, — предрек Укс.
— О чем вы все время шепчетесь? — закапризничал полковник. — Какие вы таинственные. Вы шпионы, признайтесь? Это так щекочет воображение! Боги, я в нетерпении, мне даже больно, будто избили.
— Едем-едем-едем! — Фунтик уже была на ногах, ухватила полковника за руки, пыталась поднять. — Ах, какой вы мощный! Настоящий полковник!
Настоящий уродский полковник потянулся к пританцовывающей красавице с неопределенными, но гнусными целями. Укс, ухватив мерзавца за шиворот, помог встать, но пресек дальнейшие поползновения. Прихватили под руки, повлекли к двери. Фунтик уже вернулась в разум, это она молодец. Но клиент неадекватен, стоит высунуться в сад, как возникнут те его шмондецовые адъютанты, все еще более осложнится.
В саду между тем настала странная тишина, даже оркестр стих, потом зааплодировали, кто-то нагло, по-уличному, засвистел. Средь апельсиновых ветвей зазвучали первые знакомые такты, вступил хрипловатый, тоже знакомый голос:
—
— Это что⁈ Откуда⁈ — с ужасом прошептала Фунтик. — Я же уже вроде бы протрезвела. Проклятое виндейское!
— Как дерзко, мерзко и удивительно проникновенно исполняют, — тоже удивился полковник. — Давайте послушаем.
— Выйдем, там слышнее, — намекнул Укс, увлекая всех к двери.
Ничего особо внезапного в пении не было. Профессор вообще не очень любила дожидаться в безделье и скуке, это было ниже ее деятельной творческо-исследовательской натуры. Но момент выхода в центр внимания был выбран безупречно — интуиция опытную земноводную шпионку не подвела.
