— И это тоже. А знаешь, что еще?
— Не знаю. Что? Цепня?
— А ты откуда знаешь?.. — удивился Хиоро.
— Угадал. Это не дурное предзнаменование, просто свинью всяким дерьмом кормили.
— Это жертвенная свинья, она чиста… была. Но помимо цепня… цепней было еще кое-что. Она будто заживо сгнила изнутри! Могу покляться, мухи не могли ее тронуть, но ее желудок был полон опарышей. А когда я все-таки разложил ее внутренности, чтобы понять, где быть беде… мне было видение, что свинья закричала.
— Пфе, — только и сказал Креол. — Гадания.
— Брат, зря ты недооцениваешь видения Хиоро, — сказал Шамшуддин. — Это мы с тобой не видим ничего, кроме того, что видят наши глаза. А он порой видит мир таким, каким его видят духи. И боги.
— Человеку не дано смотреть на мир глазами бога, — покачал головой Хиоро. — Поэтому мы видим только то, что со стороны кажется нелепицей.
— Вы просто нюхаете храмовые курения и видите сны наяву, — отмахнулся Креол. — Какой была свинья, когда ты очухался?
— Снова чистой, — признал Хиоро. — Но дело не в этом. Я не узнал, где происходит дело, и стал слушать духов Семи Сфер.
— Это уже интереснее, — согласился Креол. — Духи почти всегда врут, но что-то по существу сказать могут. Ты и правда умеешь слушать духов Семи Сфер?
— Да, надо просто отрешиться от материального мира и…
— Потом меня научишь, — перебил Креол. — Сейчас же у нас… гм…
Вокруг уже выстраивались мечники и копейщики. Лугаль в остроконечном шлеме мрачно смотрел на стены Эреду.
Если бы этот вшивый городишко лежал подальше, где-нибудь в захолустье, о загадочной заразе могли не узнать еще долго. Но отсюда всего пара часов пути до блистательного Ура, и слухи поползли быстро. На полях прибавилось гусениц, сады обжирали слизни и личинки, а на берег выносило тухлую рыбу. Даже скотина бежала отсюда в ужасе, а та, что не сумела — начала болеть и дохнуть.
Все выглядело так, словно эти места накрыло массовым проклятьем. И что особенно плохо — мор быстро расползался. Так что лугаль Морита собрал стражу, кликнул всех свободных магов и отправился делать то, что должно.
— Как думаете, что здесь случилось? — подошел Хе-Кель, руководивший разгрузкой.
— Я думаю, какой-то чернокнижник споткнулся о камень, — рассудительно сказал Шамшуддин.
— Споткнулся о камень?.. — не понял Креол.
— Споткнулся о камень, упал и разбил голову. Насмерть. А падая, в сердцах выкрикнул: да чтоб черви пожрали этот Эреду!.. Вам ли не знать, насколько могущественны бывают предсмертные проклятья?
— Шамшуддин, не зли меня, — поморщился Креол.
— Маги! — окликнул их лугаль. — Вы поняли, что здесь произошло?
— Вымирание менее успешного городка рядом с более успешным растущим городом, — хмыкнул Хе-Кель, оглядывая ветхие стены Эреду. — Мой отец сказал бы, что это закономерное развитие событий.
— Я не об этом, и ты это прекрасно знаешь, — навис над ним могучий Морита. — Меня интересует, не новое ли это нашествие куклусов. Или иные проявления… зла.
— Мы только что приехали, — бросил ему Креол. — Даже маг не может сходу сказать, что…
Вдалеке пробегала облезлая шавка. При виде магов она замерла, обернулась, вывалила язык и шумно задышала. Ее глаза походили на слепые бельма, но каким-то образом было ясно — она их видит.
— Мне это не нравится, — сказал Шумамедху, опускаясь на землю. — Город встречает нас дурным знамением.
Из пятерых явившихся к стенам Эреду магов он был самым опытным и могущественным. Креол, Шамшуддин, Хе-Кель и Хиоро носили звания мастеров, Шумамедху же был магистром. Поэтому здесь они должны были ему подчиняться, хотя в иное время тот же Креол разве что сквозь зубы выказывал некоторое уважение.
— Ничего здесь не есть и не пить, — стал распоряжаться Шумамедху. — Только то, что взяли с собой. Ничего из рук местных не брать. Лучше вообще близко к ним не подходить. Из города никого не выпускать. Даже животных.
Морита кивнул, разбивая своих людей на две части, отправляя их к обоим воротам. Война с куклусами закончилась больше двадцати лет назад, но Морита уже тогда был лугалем, и прекрасно помнил, как опасны подобные твари. Первое, что нужно сделать при подозрении на демоническую заразу — оцепить поселение, перекрыть все входы и выходы.
— Если кто-то пытается пройти — остановить голосом! — приказал Морита. — Если не подчиняется — убивать на месте! Луки держать в готовности!
Креол недолюбливал урского лугаля, но чисто по-человечески, потому что тот все время чего-то от Креола хотел, а платить не любил. Но в то же время на него всегда можно положиться, и Ур он защищает уже третье десятилетие — а это чего-то да стоит.
— Разделимся, — сказал Шумамедху, вступая в ворота. — Мы с почтенным Моритой зайдем в гости к эну. Креол и Хиоро — в храмовый квартал, Шамшуддин и Хе-Кель — в кар.
— Храмовый квартал? — фыркнул Креол. — Громко сказано.
В любом городе Шумера есть храмовый квартал. Так называют лучший район города, в самом центре или на возвышении. Оттуда город когда-то начинали строить, там стоит городской зиккурат и другие храмы, если город большой. Все самые знатные и почтенные горожане живут обычно в храмовом квартале.
