— Не сделаешь косноязычного красноречивым, не превратишь лентяя в прилежного, не сделаешь мудрецом невежду, не заставишь поумнеть дурака, — вздохнул Гор-Тутмос. — Во славу богов и ради пользы твоей я согласился оказать тебе великую милость, но где благодарность, где почтительный поклон хотя бы в знак уважения к моей старости? Знай же, о сын Креола, что пока ты не пройдешь мои испытания, на глаза ты мне можешь не показываться, а если ты вовсе их не пройдешь, то лучше бы тебе и совсем покинуть Та-Кемет, передав моему доброму брату Менгске, что я был рад тебе помочь, но ты не оказался умен и сам все загубил. Теперь уходи.
Да, это было возможностью сегодня же убраться домой. Просто передать там, что ублюдочный Гор-Тутмос в издевку назначил невыполнимые испытания, и пусть они, если хотят, посылают их выполнять кого-то другого. Хоть того же Мешена’Руж-ах, этого скользкого выродка, который по всем законам должен был получить гвоздь в спину, но каким-то образом откупился от правосудия и снова беззаботно проживает в своем дворце.
Но Креол не был бы Креолом, если бы побежал домой поджав хвост. Разумеется, он в тот же день выяснил, какая из пирамид Та-Кемет высочайшая и где искать сфинкса. А следующее утро встретил верхом на верблюде, неспешно идущем прочь от рассвета.
Он решил начать со сфинкса. Пирамида никуда не денется, как стояла на своем месте, так и простоит. Ее, скорее всего, даже и мерить не придется — Креол просто спросит у кого-нибудь из ее строителей. Месяц назад он уже посещал от скуки место, где возводили новую пирамиду, неожиданно для себя встретил там зодчего Сети, которому когда-то помогал строить Вавилонскую Башню, и по старой памяти немного помог жирному евнуху в работе над огромной статуей… кстати, именно сфинкса, только каменного.
А вот реальный сфинкс… он слышал об этих пустынных тварях. Они дальние родичи ламассу, только их в колесницу уже не запряжешь, сфинксы гораздо умнее и опаснее. Прекрасно умеют говорить и питаются исключительно мясом. Говорят, некоторые из них особо предпочитают человеческую плоть, но поскольку есть в сфинксах что-то кошачье, они любят еще и поиграть с жертвой.
Отсюда и их страсть к загадкам.
Креол терпеть не мог загадки. Но он знал надежный способ разгадать любую — надо просто бить загадчика, пока тот не скажет ответ. Именно так маг и планировал действовать, потому что обычного-то человека сфинкс разорвет и сожрет легко, но пусть он попробует одолеть мастера Гильдии!
Покачиваясь в седле, Креол ел арбуз. Он не знал, сколько придется разыскивать сфинкса, и купил на торговой площади сразу дюжину. Теперь он неспешно счищал кожуру и с отвращением жевал горькую, но все-таки освежающую мякоть.
Жуткая гадость. Вообще непонятно, как та-кеметцы это жрут.
Земли к западу от Ме-им-пи действительно страдали от нехватки воды. Но все-таки называть эти места пустыней — слишком сильно. Скорее уж степь. Трава редкая и пожухлая, но есть. Зверья мало и худое, но есть.
Креол даже слышал, что еще дальше к западу в этой степи обитают люди с песьими головами и какие-то твари со ртом на макушке. Их осталось всего ничего, в этом мире все реже можно встретить кого-то говорящего, и чтоб не был человеком, но они все еще существуют.
Но лет через триста тут будет уже настоящая пустыня, это точно. Понятно, почему Гор-Тутмос остался недоволен тем дождем.
Может, слетать, посмотреть на песьеголовых? А то кто их знает, вдруг не сегодня-завтра вымрут, а Креол так и не посмотрит?
Хотя… далеко. Да и что там смотреть? Людей он видел, собак видел. Ничего нового. Картинку сложить сможет.
В степи трудно спрятаться. Всякий всадник и даже пеший тут как на ладони. Поэтому Креол сразу же заметил группу людей — а те заметили его.
Возможно, это разбойники. Но если так — хорошо, потому что у разбойников бывают ценности. И убивать их можно спокойно, никто не огорчается.
Увы, в этот раз удача Креолу не улыбнулась. Это оказались не разбойники, а Тхомертху, ученик Гор-Тутмоса. С ним были два человека и два голема, и ехал он тоже на големе, коне из черного дерева.
Креол с любопытством оглядел эти ожившие статуи. Големы Тхомертху даже на вид превосходили тех, что строил мастер Лигнид, с которым Креол имел дело в Нимруде. Конь был так красив, что выглядел совсем живым. Другой голем был из позолоченного металла и нес за плечами лук такой величины, что если выстрелит — пробьет крепостную стену. Третий же голем состоял из редкого красного гранита и был ростом с ребенка, но прыгал высоко, как блоха.
Креол представил, как этот кусок камня падает сверху, как ломает своим весом шею, и наложил на себя вторую Личную Защиту. Не так давно он научился поддерживать одновременно две.
— Мир тебе, шумер! — первым окликнул его Тхомертху. — Тоже вышел прогуляться в пустыню?
— Ты прекрасно знаешь, куда я направляюсь, — ответил Креол, с подозрением косясь на ученика Гор-Тутмоса. — А ваша пустыня так велика, что случайно тут не встретишься. Я тебя не искал, ты мне не нужен. Значит, ты сам приперся. Что надо?
