Илья, конечно, замечал отсутствие сексуального интереса у жены, но связывал с теми переменами, которые в ней происходили. Приличная женщина не может быть самкой-крольчихой. Приличная женщина ограничивает себя во всем, в том числе, и в сексе. Наверняка так делала и его мама, тем желаннее она была для отца. Он искал в Александре черты матери и, находя, взращивал их, пытаясь подтянуть жену под идеал. Однажды он вспомнил, что Лариса Павловна дважды в неделю посещала фитнес зал.
Он купил абонемент Александре.
– Аля, тебе нужно укреплять себя физически. Вот абонемент на фитнес. Сходи, тебе понравится.
Так Александра попала в спортзал. Сначала она не понимала, что там делать, рассеянно смотрела расписание и уже собиралась уходить, но вдруг услышала:
– Я могу вам чем-нибудь помочь? – девушка-администратор вежливо ожидала ответа.
– Даже не знаю. Все эти названия ни о чем не говорят. Что они обозначают?
– Вот смотрите: пилатес – это занятие с техникой дыхания, степ – это аэробная тренировка на платформе, флекс – занятие на растяжку. Что интересно? Что вообще вас привлекает?
– А танцы? Есть танцевальные занятия?
– Конечно. Вот смотрите: латина, стрип, танец живота.
– Пожалуй, танцы мне подходят.
В танцевальном зале собралась небольшая группа женщин. Ждали тренера. Александра встала в последнюю линию, потому что очень стеснялась.
– Здравствуйте, меня зовут Валерия. Вы пришли на занятие «Латина – данс». Наше занятие – это простые связки из латины под ритмичную музыку. Кто в первый раз?
Александра подняла руку.
– Не стесняйтесь, если что-то не получится – ничего страшного. Главное – получать удовольствие от музыки и движений.
Валерия поставила диск, занятие началось. Александра увлеклась, она хорошо чувствовала музыку, испытывала наслаждение от танца. Тело ее оказалась очень послушным, с точностью повторяя движения тренера. Ноги совпадали с музыкой, а руки стали выписывать в воздухе собственные пируэты. Александра растворилась в танце.
– У вас прекрасно получается. Занимались раньше?
– Нет, я в первый раз.
Валерия посмотрела с сомнением.
– Тогда вы просто уникум какой-то.
Александра пошла в раздевалку, чувствуя приятную усталость. «Хорошо бы сейчас в сауне развалиться тюленем». Странно-чужие мысли иногда обескураживали. Но она послушалась и пошла в зону спа. Развалилась тюленем в сауне и испытала настоящий восторг. «Как здорово, что Илья купил мне этот абонемент», – подумала она.
За ужином она спросила мужа:
– Илья, а я раньше занималась танцами? Или хореографией?
– Не знаю, спроси у мамы. А что?
– Была сегодня на занятиях, и тренер сказала, что я отлично двигаюсь. Вот я и подумала: может, я занималась танцами?
– Может, в детстве?
– Может быть. Илья, скажи, я так и не вспомню свою жизнь до аварии?
– Тебя это тревожит?
– Конечно. Я хочу знать себя. А я не знаю. Это не может не тревожить.
С тем же вопросом Александра подступилась к матери.
– Мама, а я занималась хореографией?
– Я водила тебя на танцы, когда ты была маленькой.
– А потом?
– Потом тебе было не до танцев, учеба занимала все время.
Наталья Юрьевна встревожилась. Она помнила Санькину мечту-страсть стать актрисой, помнила ее бесконечные занятия по танцам, вокалу, актерскому мастерству, просмотры и кастинги. Откуда эти вопросы? Женским чутьем своим она ощутила реальную угрозу всему предприятию. «Поговорю с Ильей», – решила женщина.
– Илья, мне кажется, ты должен предпринять что-то решительное, бескомпромиссное, иначе птичка улетит.
– Откуда такие мысли, Наталья Юрьевна? По-моему, все прекрасно. Ваша дочь вполне довольна и счастлива. И я тоже счастлив.
– Про тебя не знаю, а Санька несчастна. И она ищет ответы. Она не любит тебя, Илья. Женись на ней по-настоящему, родите ребенка, иначе ты ее потеряешь.
Илья задумался. Он видел лишь то, что хотел видеть: Санькино преображение, ее заботу о домашнем очаге, занятия по самообразованию. Она делала все то, что делала его мать много лет назад. Это казалось ему правильным. Он, действительно, считал, что вытащил Саньку из помойной ямы, в которую она превратила свою жизнь. Он считал, что девушка должна быть благодарна ему как своему спасителю. Поэтому никаких упреков совести в нем не было. В их союзе каждый получал то, что хотел и должен был получать. Слова Натальи Юрьевны обеспокоили Илью. «Александра всем довольна, иначе… что иначе? Она бы сбежала? Куда? Чем дальше уходит время, тем меньше вероятность, что память восстановится. Она привыкнет к нынешней жизни, убежденная, что другой и быть не может. А если она вспомнит прошлое? Тогда все будет непредсказуемым. Наталья Юрьевна права. Нужно предпринять решительные меры».
