В жизни Ильи Александровича наступил период, когда у него все получалось. В клинике его прозвали «везунчиком». За год хирург Стрижов не потерял ни одного пациента, хотя делал иногда крайне рискованные операции, что называется, «на волоске». Риск всегда оправдывался – он спасал жизни. Число спасенных пациентов росло, а значит, росло количество частных консультаций. Устаканивалась и личная жизнь. Дома он получал то, чего был лишен до появления Саньки: удовлетворение, разрядку и наслаждение. В общем, гармония жизни Ильей была найдена: любимая работа и любимая женщина. И он – центр притяжения. Потерять все это он не мог.
*****
– Александра, я пораньше освободился. Можем приготовить ужин вместе. Иду на кухню Спускайся ко мне.
– Здравствуй, Илья, хорошо, что ты пораньше. Ужин как раз подоспеет.
Александра начала накрывать на стол, а Илья достал бутылку вина.
– У тебя что-то произошло на работе? Что празднуем?
– Ничего необычного. Хотел порадовать любимую женщину семейным ужином под хорошее вино.
«Почему он думает, что радует меня? Я что, любитель алкоголя? Он радует себя, а я приложение к этой радости»,– это были дурные мысли, и Александра гнала их прочь. Ей не хотелось ужинать, не хотелось сидеть на кухне, но уйти она не могла.
– Чем занималась сегодня?
– Я была в Эрмитаже. Там есть картина Караваджо «Юноша с лютней». Знаешь, это единственный Караваджо у нас.
– И что?
–Удивительная картина. Я смотрю на этого мальчика, и мне хочется петь, ликовать. А подхожу с другой стороны – хочу плакать, даже рыдать. Понимаешь, в нем – все. Вся жизнь – и гармония. Я сейчас читала…
Илья перебил:
– Я решил, Аля, что нам необходимо пожениться. То есть расписаться. А то, как говорится, живем во грехе. Может, и детей нет поэтому. Выходи за меня замуж, – он улыбнулся, ожидая радостной реакции и бури эмоций. Но Александра молчала. Тогда он достал бархатную красную коробочку и открыл, демонстрируя девушке блеск бриллиантов.
Александра сдалась. Сначала она очень обиделась за Караваджо, ведь хотела поговорить о гармонии жизни, о ее смысле, хотела задать Илье вопросы, а он и слушать не желал. Но своим подарком он как бы искупил собственную вину. Она надела кольцо на палец, предлагая Илье оценить всю красоту.
– Ты согласна?
– Конечно, согласна. Мы так долго вместе, что же может измениться?
– Тогда завтра заявление подадим. И глупо устраивать пышное торжество после стольких лет совместной жизни. Распишемся, а потом я увезу тебя в «Венецию».
При слове «Венеция» глаза Александры заблестели.
– Правда?
– Не скажу. Сюрприз.
*****
Новость о свадьбе Наталья Юрьевна восприняла с облегчением. Она тревожилась, глядя на дочь, и, если с ее стороны не было никаких возражений, значит, все у них в доме спокойно, и она напрасно паникует.
– Мама, никаких белых платьев и шляпок. Мы просто распишемся. Помоги мне выбрать что-нибудь нарядное. Только об этом тебя прошу. Никаких свадебных салонов! Обычный магазин, – слова Александры возмутили.
– Ты выходишь замуж в первый и, надеюсь, единственный раз. Почему не будет свадьбы? Илья так решил?
– Мы оба так решили. Мы живем вместе уже 10 лет. И глупо теперь выкидывать деньги в никуда. Мы не так богаты.
Наталья Юрьевна услышала нотки Ильи в голосе дочери. И не обрадовалась.
– Просто скажи, ты будешь мне помогать?
– Конечно, буду. Как будто у меня есть выбор.
Наталья Юрьевна, помня свою роль, предложила Александре несколько кремовых платьев, но той хотелось чего-то другого. Помня, как изменило ее яркое платье Коломбины, она искала такого же эффекта. Она жаждала праздника и радости.
– Обратите внимание на эту модель, – подошла девушка-консультант.
Александра увидела бирюзовое шелковое платье.
– Я примерю.
Платье село идеально. Оно высветило яркость глаз, подчеркнуло грациозность фигуры. Александра закружилась перед зеркалом, и мягкий шелк поднялся воздушным облаком.
– Мама, посмотри.
Наталья Юрьевна увидела свою Саньку: яркую, заводную, дерзкую, но очень нежную, ранимую.
– Мама, я думаю, это то, что нужно.
«Только вряд ли понравится Илье»,– подумала Наталья Юрьевна, но отговаривать не стала.
*****
Регистрация брака была назначена на 5 июня. Все прошло очень быстро. Загс вообще напоминал конвейер: одна пара пошла – другая – не задерживайся – третья. Их расписали, они обменялись кольцами, получили штамп в паспорте. Илья был доволен, Александра томилась ожиданиями.
– Куда мы теперь? – она смотрела на мужа с вопросительной надеждой.
– Как я и обещал, в «Венецию».
Александра подскочила от радости:
– Спасибо, как я счастлива!
– Правда? Ты счастлива?
– Конечно, Илья, ты самый лучший в мире!
Александра кинулась к нему, обняла-поцеловала.
– Ну, садись в машину.
Разочарование поджидало очень скоро. Илья припарковал машину в закрытой зоне на площади Искусств.
– Аля, выходи, мы приехали.
– Куда?
– В «Венецию».
«Венеция» оказалась небольшим отелем, где Илья планировал отметить торжество. «Только ты и я».
– Я не пойду туда.
– Аля, не упрямься.
– Ты говорил, что мы поедем в Венецию.
