Когда минул полдень – появились сомнения. Новых локаций не открывалось. Ничего интересного для игрока вокруг не было. Дорога петляла в чаще, и кроме пары повозок с жителями Бергхейма, никто мне не встретился. Наверное, стоило уточнить у ребят, куда именно идти, чтобы засчитало новую территорию и дало опыт.
Но самый чистый эксперимент – поставленный на собственной шкуре. Поэтому, когда от основной дороги в чащу нырнула хоженая тропа – я не колебался и повернул направо. Тут уже повозки не катались, но дорожка была набита хорошо, а значит это не просто «отворот не туда».
Лес вокруг сменился, пошли березы, мох сменили травы. Листва превратила тропку в коридор. Через дрожащие от ветерка листья ничего вокруг видно не было. Мелкие березы росли так плотно друг к другу, что становились стеной.
В конце пути я вывалился на огромную поляну, уставленную деревянными идолами.
– Ну, офигеть, – вырвалось у меня.
Вы получаете опыт за исследование территорий.
Прогресс текущего уровня – 94 %
Посреди поляны красовался выложенный из камня алтарь с огромным железным чаном сверху. Над чаном головою вниз висел мертвец.
– Ну, офигеть… – повторил я. Резные лики потемневших от времени деревянных богов смотрели на меня. Рты вымазаны чем-то черным.
Хотя кому я вру. Если на поляне вокруг идолов чан под трупом, то, наверняка, ничего другого, кроме крови, в пищу небожителям не предлагали.
Вот вам и мирные северяне. Вот вам и уютные поселения. Как вчера на ярмарке меня привечали местные жители, так же лихо и самозабвенно они, должно быть, радовались, пока тут кому-то резали горло.
Я попятился, сопровождаемый слепыми глазами идолов. Тут разные боги воплощения нашли. Гневающиеся, смеющиеся, мудрые, вроде бы добрые. Но рот-то у каждого в крови. Не моя религия, не.
Развернувшись, я пошел обратно. Ладно. Ладно, Егорка. Пренебречь, вальсируем. Твоя вылазка все-таки кое-что прояснила. Еще немножко пройду по дороге, а там и возвращаться не грех. Пять процентов получил? Получил. Про задохликов разузнал? Разузнал. Потенциальный квест нашел? Нашел.
На дороге к тракту я столкнулся с мужиком в просторном одеянии. На покрытом белой краской лице чернели обведенные углем глаза. Бритый жрец прошел мимо, даже не глянув в мою сторону. А я весь обмер, прикидывая, как буду его резать, если он сделает хотя бы одно резкое или подозрительное движение. Нервы на пределе.
Что, если они и задохликов так вешают?
Чего это я так прикипел к этому определению, кстати? Надо же себя чуточку больше уважать.
Выбравшись на дорогу, я свернул направо, но в течение часа так ничего нового и не обнаружил. Лес и лес. Впереди виднелись просветы, но время уже поджимало. В путешествии всегда есть минус – дорога обратно. Особенно, когда она пролегает по тому же маршруту.
Я остановился посреди щебета птиц и шума деревьев. Просвет. Ну, обидно будет, если сейчас отверну, а там, через пятнадцать минут ходу, что-то важное. Надо же узнать… Не идти же потом несколько часов просто ради этого? Все же рядом!
Через пятнадцать минут прогулки я дал себе еще пятнадцать. Просветом оказался спуск в низину, где лес превратился в бурелом. Однако дорога шла круто вверх, и там уж точно должно было быть что-то новое.
По прошествии пятнадцати накинул еще десять, ибо опять увидел просвет. Дал себе слово, что на этот раз, если это спуск, то ну все к лешему – возвращаюсь назад. Ноги уже гудели. Устал – давно столько не бродил.
Когда я вышел к озеру, то обомлел.
Вы получаете опыт за исследование территорий.
Прогресс текущего уровня – 99 %
Процент! Один процент! Да что ж за издевательство-то?
Дорога шла по левому берегу озера. С воды дул сильный ветер, охлаждая разгоряченное тело. За просторами синели горы. За день не дойти. Как Стас с приятелем добирались тогда до перевала? Водная гладь тянулась на много километров. Противоположный берег казался зыбкой черточкой, будто озеро упиралось прямо в скалы.
На мысу, километрах в шести слева, я разглядел несколько строений. Дорога проходила еще через одно поселение. Совсем небольшое. Наверное, еще пять процентов, но шансы, что в конце концов ночь застанет меня в лесу, когда оттуда выберется то большое и гнилое – были слишком высоки. Можно вспороть себе горло, конечно. И меня точно швырнет обратно на поле. Вряд ли тут много мест возрождения.
Да только организм тряхнуло от одной мысли про смерть. Дышать стало труднее, в висках застучало. Нет, играть с этим я, конечно же, не буду. Судя по последней смерти – запас нервов у тела не бесконечный. Приступы возвращаются. Это меня, конечно, не убьет. Но добровольно вызывать у себя панические атаки – отказываюсь.
