Он не видел самих наблюдателей, но это было и не нужно. Сила их настороженности резала магическое восприятие тонкими, колкими линиями. Одни были далеко, слишком, чтобы достать его напрямую, но другие… Другие были ближе. И их внимание становилось плотнее, настойчивее, будто они проверяли, действительно ли он сможет ещё сражаться.
В этом взгляде читалась простая мысль. Ранен он или истощён – не суть важно… Главное было в том, что именно сейчас он мог быть уязвим. Но те, кто следил за боем, не знали главного – зверя свалили не его магические плетения, а грохот взрывающегося пороха, лишённого хоть капли магии. А значит, магическая выносливость Андрея осталась почти нетронутой. Но враги этого не знали. И судя по тому, как внимание стягивалось плотным кольцом, некоторые из них уже начинали двигаться.
Он поднялся выше, скользя в сторону лесистых холмов за чертой города. Там, в тени, было проще исчезнуть. Но ядро в мешке, закинутое за плечо, словно оживало. Оно медленно пульсировало, отдаваясь в ладонях глухими толчками. С каждым взмахом крыльев он всё отчётливее чувствовал, что эта вещь не просто концентрат силы Мёнгука – она зовет. Неизвестно кого, но зовёт настойчиво. И сейчас Андрей понимал – часть тех, кто следит за ним сейчас, пришли не за его головой. Они пришли за тем, что он нёс. И делал он это весьма показательно. Хотя мог бы спрятать ядро в браслет-хранилище.
Андрей специально сделал над площадью широкий круг, словно с трудом удерживая равновесие в воздухе. Его аурные крылья дрожали, движения были нарочито медленными, а в полёте он пару раз даже позволил себе неровно качнуться в сторону, будто терял силы. Взгляд издали, для тех, кто следил, должен был сказать только одно. Потенциальная добыча ранена и не уйдёт далеко.
А ему это и было нужно. Он намеренно хотел дать им поверить в это. Пусть подойдут ближе. Пусть войдут в капкан. Ветер тянул от него запах крови – настоящий, хоть и не смертельный. Пороховые осколки оставили несколько глубоких царапин, а один остался в плече, мешая свободно взмахивать рукой. Не говоря уже про рану на боку. Но боли он почти не чувствовал. Его сознание уже было занято другим – расчётами, временем, маршрутом.
Сейчас он летел ровно в ту сторону, куда ждал уже кто-то куда опаснее любого охотника за головами. Цзяолин – Истинный Небесный дракон, его духовный зверь и давний союзник, не нуждалась в объяснениях. Она уже знала о его плане. Она чувствовала, что он приведёт к ней тех, кто рискнёт пойти за ним.
Где-то впереди, в тумане над ущельем, её силуэт уже начинал различаться магическим зрением – длинное извивающееся тело, отливавшее светом рассветных облаков, глаза, в которых плескалась древняя сталь. Её нетерпение било в Андрея, как удары грома, а в воздухе густел предгрозовой запах.
Пусть идут. Пусть думают, что он ранен… Что он загнан… Ведь за линией старых утёсов их ждёт не ослабленный парень, а дракон, чей гнев способен смести горы. А Андрей – всего лишь наживка. Очень опасная наживка. Уже в который раз играющая свою роль.
Когда Андрей проскользнул сквозь завесу тумана, ветер в ущелье изменился. Потянуло густым, почти вязким ароматом озона, и тьма под крыльями будто приобрела вес. Он не оборачивался, но знал – на хвосте у него уже не просто случайные любопытствующие, а те, кто принял решение рискнуть. И они явно не понимали, куда идут.
Первым туман прорезал холодный свет мечей – блеск оружия, которое несли наготове преследователи. Их лица были напряжёнными… Взгляды – прожигающими. Они уже видели в нём добычу, слишком уверенные в том, что древний зверь Мёнгук сделал за них основную работу. И среди них Андрей заметил его. Великого старейшину Хван До Ина. Главу секты Пяти Пиков Бессмертных. Тот самый старик, чьё имя ранее произносили в трёх провинциях с уважением и страхом, теперь летел вперёд, глядя на Андрея с ненавистью, которая годами копилась под маской учтивости. Его длинная борода колыхалась в потоках ветра, а глаза, узкие и жесткие, горели мстительным блеском. Андрей прекрасно знал, почему он здесь.
Секта Пяти Пиков Бессмертных так и не смогла проглотить унижения, когда попытка принудить его к кабальному обязательству при помощи клятвы на крови банально провалилась. После этого их проблемы только множились. Один за другим рушились торговые пути… Союзники отворачивались… А слухи о потенциальной слабости просто разъедали репутацию. Для Хван До Ина во всём был виноват один человек – тот самый молодой парень, что сейчас летел впереди, будто из последних сил. И этот злобный старик, похоже, уже решил, что звёзды наконец сошлись в его пользу.
Андрей же, всё также не сбавляя скорости, пересёк границу ущелья. И в тот же миг воздух впереди зазвенел. Туман разорвала гигантская тень, это промелькнуло извивающееся тело разъярённой Цзяолин, блеск чешуи которой походил на переплетение золота и лунного света. Её глаза вспыхнули, словно два раскалённых солнца, а пасть приоткрылась, выпуская раскаты грома.
