Это дело было лишь самым громким из многих подобных. Одна идеологическая кампания сменяла другую. Некоторые из них вначале принимали форму дискуссий на темы далекой истории или классической литературы. Например, в 1954 году началась научная дискуссия о популярнейшем романе XVIII века «Сон в Красном тереме». Через несколько месяцев началась травля Чжан Гуаньжэня – поэта, публициста и литературоведа, более известного под псевдонимом Ху Фэн. Заканчивались же дискуссии массовыми посадками. В частности, по делу Ху Фэна были привлечены к ответственности более 2000 человек, а сам он вышел на свободу лишь в 1979 году (в 1988 году его полностью реабилитировали).
Си Чжунсюня, заведующего отделом пропаганды ЦК КПК, проработки старинных и современных произведений литературы так или иначе касались. Он должен был принимать решения о соответствии или несоответствии линии партии не только статьей в периодической печати, но и литературных и драматургических произведений.
Миной, на которую наступил Си Чжунсюнь, стал роман «Лю Чжидань», посвященный герою борьбы с гоминьдановцами, под началом которого в пограничном районе Шэньси-Ганьсу-Нинся служил сам Си Чжунсюнь. Наверное, он чувствовал исходящую от романа «опасность», ибо по его указанию автор несколько раз переписывал некоторые главы. Давая окончательно добро на публикацию, он, очевидно, исходил из объявленной в мае 1956 года установки «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ». И вряд ли даже опытный аппаратчик предполагал, что в голове «поэта» по имени Мао Цзэдун уже сложилась вторая часть стихотворного лозунга – «с корнем вырвем все сорняки». Изощренные провокации позволяли выявить всех свободно мыслящих людей, не желавших превратить свой мозг в «чистый лист бумаги, на котором можно писать самые красивые иероглифы».
Внешне дела Си Чжунсюня шли вполне благополучно. Повторимся, он стал заместителем премьера Госсовета КНР и в этом новом качестве отправился с визитом в Советский Союз изучать опыт развития тяжелой промышленности. Как оказалось, это была его первая и последняя поездка в СССР.
Мао Цзэдун все жестче требовал единства рядов и единомыслия в руководстве партии и государства. Тем неожиданней для него стало «восстание» маршала Пэн Дэхуая на Лушаньской партконференции в июле – августе 1959 года. Там герой китайской революции и командующий китайскими войсками в Корейской войне, министр обороны, вице-премьер и член Политбюро ЦК КПК осудил «большой скачок». Он поставил вопрос о личной ответственности руководителей партии, включая Мао Цзэдуна, за катастрофу, критиковал культ личности и отступление от принципов коллективного руководства. Пэн Дэхуая поддержали три члена Политбюро. Мао Цзэдун публично признал ошибки и отказался от поста Председателя КНР, хотя и оставался председателем КПК и, главное, председателем Военного совета ЦК КПК.
Но Мао не был бы самим собой, если бы не отомстил – коварно и жестоко. Вскоре Пэн Дэхуая обвинили в «военном заговоре против центральной линии партии». Популярного в войсках маршала не посмели утихомирить сразу. Его даже не лишили членства в Политбюро, но убрали с поста министра обороны. Вскоре его перестали приглашать и на заседания, поселили в заброшенном домике на окраине Пекина, а накануне «культурной революции» сослали на строительство укреплений на юго-востоке страны. А с началом погрома партийных кадров хунвейбины [5] создали специальные «отряды по поимке Пэн Дэхуая». Как следствие – его и его жену публично унижали и мучили.
Что же касается Си Цзиньпина, то с раннего возраста родители предъявляли к нему строгие требования. В детстве он должен был каждый день записывать свои мысли о прочитанном и представлять их на проверку своему отцу. Си Чжунсюнь обводил кружком неудачные моменты и просил исправить их. Это оказалось для мальчика тяжелой и монотонной работой. Иногда из-за одного слова он рылся в словаре и многократно все проверял, затрачивая на исправления целый день.
Я начал учиться в 1959 году, а в пионеры вступил уже в 1960-м. Я был самым младшим, поэтому не смог вступить в пионеры в числе первых, тогда я горько плакал.
Си Чжунсюнь и Ци Синь с детьми. 1975
Си Цзиньпин и его товарищи в уезде Яньчуань провинции Шэньси. 1973
Си Цзиньпин в молодости. 1960-е
Хунвейбинские лозунги в Фуданьском университете. 1976
Си Чжунсюня публично критикуют как «антипартийный элемент» во время Культурной революции. 1967
Благодаря положению отца детство Си Цзиньпина было практически безоблачным.
