И вот один из последних случаев: в июле 2023 года экс-главу комитета Коммунистической партии Китая города Ханчжоу Чжоу Цзянъюна приговорили к смертной казни по обвинению в получении взятки в 182 млн юаней ($25 млн). Следствие выяснило, что Чжоу Цзянъюн брал взятки от организаций и частных лиц в обмен на решение земельных вопросов и оформление строительных проектов. Коррупционную деятельность чиновник начал еще в 2001 году, когда он был заместителем главы окружного магистрата.
Также в 2023 году суд города Чанчунь публично вынес смертный приговор бывшему члену партийного комитета министерства государственной безопасности экс-генералу Лю Яньпину за получение взятки на сумму более 234 млн юаней (около $34 млн).
Но это все – отдельные случаи. Самые вопиющие. Да и приговор еще не означает расстрел, ему очень часто дают отсрочку или заменяют на длительный срок заключения. В среднем сейчас в Китае коррупционеров сажают на 12–16 лет. А представление о том, что чиновников в этой стране расстреливают пачками – всего лишь миф.
За прошедшие годы в Китае за коррупционные преступления было арестовано более полумиллиона человек. В качестве воспитательной процедуры китайские власти применяют практику публичного покаяния, благодаря которой чиновники не только признают свою вину, но и каются в совершенных преступлениях, подчеркивая безнравственность своих деяний.
Всех коррупционеров в Китае делят на три группы: «мухи» (это мелкие взяточники), «тигры» (это проворовавшиеся партийные боссы) и «лисы» (это те, кто ухитряется вывести капиталы за границу). Безусловно, самые опасные – это «тигры». Если удары по «тиграм» не удадутся, то они могут и покусать. И для Цзиньпина именно разоблачение «тигров» важно для демонстрации его решимости в борьбе с коррупцией.
С другой стороны, борьба с «тиграми» и с их кланами имеет для нынешнего китайского лидера и достаточно сложную политическую подоплеку. Проще говоря, антикоррупционная кампания дала ему возможность вычистить из партии «почти всех политических соперников и критиков, которые в других обстоятельствах могли бы поставить под угрозу его высший авторитет». И это было названо проведением партией «революции внутри самой себя» или «самоочищением».
Масштабная антикоррупционная кампания, начатая Си Цзиньпином с момента его прихода к власти, служит двойной цели. Первый – и это заявленные амбиции – устранить корни того, что представляет угрозу легитимности партии. В 2013 году китайский президент фактически заявил, что процветание безудержной коррупции на всех уровнях может «возвести стену между партией и народом». Таким образом, борьба с этим злом способствует популярности Си среди населения. Проблема в том, что борьба с коррупцией также вызвала много озлобленности. Дело в том, что вторая цель этой операции «чистые руки» совершенно иная. Эта «борьба» позволяет Си устранить своих противников.
Но, как бы то ни было, Си Цзиньпин показал, что для него все равны, и он заставил чиновников всех мастей бояться, отбив у них веру в то, что «пронесет» или «наверху найдутся надежные заступники». А так как воровали, брали взятки и «крышевали» бизнес практически все, то у него и получилось убить сразу двух зайцев, совместив антикоррупционные чистки с избавлением от конкурентов в партийной элите.
Еще одной особенностью антикоррупционной кампании Си Цзиньпина стала ее медийность. Раньше «честное имя партии» старались в негативном контексте не употреблять, и коррупционеров просто снимали со всех постов, и они пропадали из поля зрения широкой публики. Сейчас ситуация изменилась: кампания имеет целью вернуть доверие общества к власти, и, соответственно, медийный охват стал максимально большим.
