Герта была тихая, кроткая двенадцатилетняя девочка, умевшая быть умной и серьёзной не хуже взрослой. Она всюду и всегда появлялась вовремя. Капризничал ли маленький Роберт Дюруа, сердился ли его дед Пьеро, ссорились ли братья Ивановы, ожесточалась ли на поддразнивания своих гонителей Элла, насмешничал ли и задирал ли товарищей Никс – Герта являлась всеобщею примирительницею и ангелом-утешителем в тяжёлые минуты жизни, настоящею доброю феей труппы. Одновременно с этим Герта была и хозяйкою в «Большом доме» со времени смерти своей матери.
По утрам она поднималась раньше всех и разливала с помощью тётки в большой столовой чай, кофе и какао для всех участников труппы. Потом заказывала обед повару и собирала на репетицию младших артистов, осторожно напоминая старшим, что отец уже ждёт их в театре.
Из театра присылались кареты; все усаживались в них после утреннего завтрака и ехали на репетицию. Помимо клоунов, эквилибристов, певиц и укротителей львов у господина Шольца была ещё оперная труппа артистов, которая, однако, не пользовалась квартирою и столом у директора театра, а жила в нанимаемых артистами на стороне комнатах и квартирах. С этою оперною труппою иногда играла и пела Герта. Для этого девочке приходилось разучивать небольшие партии и роли, доступные её возрасту, и это отнимало у неё немало времени. К пяти часам вечера обитатели «Большого дома» возвращались домой обедать, а в восемь уже снова отправлялись в театр, где и выступали перед публикой в различных номерах, после исполняемой оперными артистами большой пьесы.
Герта по возвращении домой поила чаем и потчевала холодной закуской артистов и только после двенадцати часов ночи ложилась в постель. Все любили кроткую, ласковую, заботливую девочку, а негритянка Элла просто обожала её. Для чёрной дикарки, приехавшей из далёкой чуждой стороны зарабатывать кусок хлеба, белокурая кроткая Герта казалась каким-то неземным существом. За «госпожу Герту» Элла готова была исцарапать лицо и искусать руки кому угодно. Кого любила Герта, того любила и Элла. Герта с первого же дня привязалась к Сибирочке, и Элла стала смотреть такими же преданными глазами на Сибирочку, какими она смотрела на Герту.
Вот в какую обстановку и к каким людям попали Андрюша и Сибирочка и постепенно начинали входить во вкус этой новой, незнакомой им ещё жизни.
Сибирочку взяла под своё покровительство Герта и даже поселила её в своей маленькой, обитой розовой материей комнатке, где было всегда так хорошо и уютно.
Андрюша поселился с клоуном Пьеро и его внуком. Дети виделись, однако, постоянно и в театре, и дома, и в огромной столовой, где все члены труппы господина Шольца проводили свои досуги.
– Мисс Герта, позвольте вас просить приготовляйт маленький артистка. Мисс Сибирушка выходит сегодня к Цезарь и Юнона в первый раз.
Голос мистера Билля, повторившего своё приглашение, звучал очень строго, а оловянные глаза проницательным взглядом окинули обеих девочек – Герту и Сибирочку, стоявших за кулисами и любовавшихся силачкой Эллой, которая без труда нанизывала на каждый палец по десятифунтовой гире и легко, как пёрышками, вертела ими над головой.
Сибирочка заволновалась. Она была далеко не из трусливого десятка. Она не задумываясь побежала бы в тёмную тайгу ночью, но войти в клетку ко львам, к этим страшно рыкающим, свирепым великанам, очень боялась, и дрожь охватывала всё тело девочки при одной мысли об этом. Но Герта не дала ей много думать о её новом положении и всячески старалась ободрить её.
– Пойдём, я помогу тебе одеться, – ласково обнимая подругу, проговорила она и повела Сибирочку в небольшую уборную, где артистки при помощи горничной одевались к спектаклю.
Сибирочке не понадобилось звать горничную. Герта и освободившаяся от своих упражнений Элла помогли ей одеться. Они натянули розовое шёлковое трико на стройное тело Сибирочки, коротенькую, всю в блёстках, зелёную юбочку и, распустив ей локоны по плечам, растрепали их так, что они вдруг стали как-то похожими на львиную гриву.
– Помни, входить ко львам надо всегда в этом костюме, чтобы они привыкли к тебе, и волосы ты всегда взбивай таким образом: они примут тебя на первых порах за львёнка и не тронут ни за что! – предупредила Герта Сибирочку и вместе с Эллой повела её на сцену.
Там уже посреди подмостков возвышалась клетка, в которой метались взад и вперёд из угла в угол оба зверя. Мистер Билль и Никс уже стояли готовые в своих обычных розовых трико и зелёных с блёстками трусах. Мистер Билль держал в руках огромный бич и заряженный револьвер на всякий случай.
– Ну, пускай начинайте… С Богом!.. Никки, вы показайт вашему новому подруга, что надо делайт! – скомандовал мистер Билль.
– Ступай за мною, – коротко приказал Никс и, взяв за руку Сибирочку, смело направился с нею к дверям клетки.
В эту минуту девочка искренне пожалела, что не умерла с дедушкой там, далеко в сибирской тайге.
