Подошёл сзади. Положил руки на бёдра. Она тут же распрямилась. Поцеловал в шею. Замерев, не пошевелилась, не оттолкнула. Но и не ответила.
Прижал к себе. Почувствовал, как она задрожала, словно никогда до этого или очень давно у неё не было мужчины.
— Меня зовут Оксана, — она повернулась ко мне и положила руки на шею.
Наши глаза встретились. Взгляд не отвела. Смотрела смело и даже как-то вызывающе.
Какое шампанское на фиг? Какие конфеты и кофе?
Не отпуская друг друга из объятий, присели. Прошёлся губами по шее, груди. Полы халатика распахнулись. Опустился к холодным, укрытым чулками, коленкам. Её уже бил не просто озноб, а прямо шторм девятибалльный.
Как оказались на диване, не помню. Она прижималась, тут же отталкивала. Вскрикивала, стискивая губы, стонала. Царапалась, извивалась, словно кто-то невидимый не разрешал насладиться чувством вволю. Но, как это бывает во время шторма, неимоверно огромная волна желания сшибла преграды и запруды и хлынула, сметая всё на своём пути, в пучину неистовых чувств и клокочущих ощущений…
Было ещё совсем темно, когда я проснулся словно от сильного толчка в бок. Я почти физически ощутил удар и резко поднялся. Рядом тихо посапывала Оксана.
— Что случилось? — она открыла глаза.
— Мне пора, — я принялся поспешно одеваться.
Она включила торшер и какое-то время молча смотрела на меня. Ясное дело, ничего не понимала. А что я мог, когда сам ничего не понимал? Знал одно — пора уходить.
— Мой телефон, — она протянула визитку. — Звони…
Выйдя на лестницу, увидел, что кнопка вызова лифта горит красным. Значит, занят. Не стал дожидаться и поспешил по лестнице вниз. Лифт остановился на её этаже. Двери распахнулись. Я приостановился, прислушался…
— Оксаночка, открой! — услышал я знакомый голос.
Сердце сильно заколотилось. Какие-то секунды разделяли нас от неприятностей. Хотя… Может, нужно было остаться и прояснить всё раз и навсегда? Навсегда… Видимо, это и остановило. Но вот что удивительно, кто-то же ткнул в бок, кто-то предупредил…
Оксана открыла мужу. Он вошёл. Дверь за ним закрылась, и я заспешил вниз…
О дальнейших событиях, происходящих за закрытой дверью, я узнал несколько позже… А развивались они так…
Как только раздался звонок, Оксана открыла почти мгновенно, будто ждала за дверью. А ведь так и было. Подумала, я вернулся. Но в затуманенном мозгу Андрея в этом плане не возникло ни толики сомнения.
— Так устал, — вваливаясь в квартиру, сказал он.
— Кушать будешь? — взяв себя в руки, спросила Оксана.
— Спать. Только спать, — скидывая обувь, пробормотал припозднившийся гуляка. — Вижу, тебе деньги принесли…
— Деньги? Какие деньги? — Оксана не успела даже толком осмыслить, о чём спрашивает муж.
— Да вот эти, — Андрей ткнул пальцем в пачку купюр, лежащих на тумбочке перед зеркалом.
— Ах, эти…
Оксана слегка растерялась. Только сейчас заметила оставленную мною валюту… Но муж… Откуда он знает? Она всё медлила с ответом.
— Ну да, эти. Какие же ещё? — не уловив растерянности жены, продолжил Андрей. — Попросил Димку, товарища по работе, тебе занести. Зарплата и премия за полгода. Тут две штуки баксов должно быть…
— Тебе разве зарплату уже долларами выдают? — перешла от защиты к нападению Оксана.
— Не… ну это… — видимо, неверный муж забыл придумать правдоподобную версию или придумал да забыл. — Вот скажи: на фига нам такая куча бабок? Вот и перевёл в валюту. А так баксы как в сберкассе будут лежать. На мелочь-то не потратишь.
Пьяный-то пьяный, а довод вполне логичный привёл. С этим и не поспоришь… Или, может, всё же вспомнил «домашнюю заготовку».
Оксана промолчала.
Андрей взял деньги, покрутил в руках. Распушил веером.
И, послюнявив палец, пересчитал.
— Всё точно, как в аптеке…
Положил их обратно к зеркалу. Прошёл в спальню. Не раздеваясь, бухнулся на кровать. И, буквально на глазах вырубаясь и пожёвывая губами, пролепетал:
— Спать, только спать… Так устал… Просто сил нет…
Утро было привычно ободряющим. Даже несмотря на почти бессонную ночь, я, как полководец после победы в ответственном сражении, чувствовал себя свежим и умиротворённым.
И тут пришли мысли. Мысли были разные. Неутешительные, надо сказать: «Деньги… Неужели в наше время всё решают деньги? Этот проклятый золотой телец всё подгрёб под себя. Ну как она могла? Вот так запросто… За деньги…
Да и сам хорош, провокатор — одно слово! Не устояла.
У женщин к финансам особое отношение. Хозяйки как-никак.
А тут деньги хорошие, вот и не смогла отказаться».
Чем дольше размышлял над этим вопросом, тем противоречивее были ответы.
«С другой стороны, иначе ведут себя женщины, продающие любовь. Не так чувственно и искренне, что ли. Но она-то за деньги… «Эта мысль не давала покоя. Я вспоминал её губы, руки, хотел её и ненавидел. Желал и презирал.
Но против чувств все доводы казались никчемными и бестолковыми. Ничего не мог с собой поделать. Тянуло к ней. Она затмевала всех, кто когда-то встречался на моём пути. Хотел её хоть за деньги, хоть без, хоть как… Полцарства отдал бы за возможность быть с ней.
