— Я знаю речь западных людей, господин волшебник… — подал голос один из узников, который отличался от остальных если только чуть большим количеством синяков на лице. Олег ничего не мог сказать насчет его акцента, в основном потому что и сам наверняка разговаривал на языке успевших облазить все океаны торговцев и пиратов[4] с грубыми ошибками. Хорошо хоть, что в своей первой жизни он немало на англоязычных форумах заседал и волей-неволей кое-каких знаний по грамматике, орфографии и неправильным глаголам оттуда нахватался. — И русский тоже понимаю, но очень плохо говорю.
— Отлично. Ну и в какую дыру меня на сей раз занесло?
Принюхавшись к идущему из окна воздуху, Олег определил наличие где-то поблизости моря. Уж очень был выдающимся запах гниющей рыбы и прелых водорослей, да и уши вроде бы шум прибоя улавливали. Это несколько обнадеживало. Если Бессмертный сдуру не забросил чародея на противоположную часть Евразии или куда-нибудь в Тихий океан, то сейчас боевой маг находился где-то на восточной границе материка. В общем-то там, куда ему и надо было попасть как можно быстрее, чтобы вернуться в родную часть.
— Утес Зеленой Утки, господин волшебник… — название Олегу ничего не сказало; видимо, если данный населенный пункт и отмечался на русских картах, то обзывали его там как-то иначе. — Осмелюсь спросить — а вы нас, случайно, освободить не хотите? Если да, тогда на дверь какое-нибудь заклинание наложите, пожалуйста, а то сейчас на грохот от вашего прибытия пираты прибегут…
— Какие пираты? — насторожился Олег — и почувствовал, что рукоятки парных топоров оказываются у него в ладонях. Древние артефакты отреагировали на подсознательное желание своего владельца и сами прыгнули в руки. Очутиться в тюрьме какого-либо города или крепости было неприятно, но не совершавший преступлений маг третьего ранга оттуда бы вышел. Скорее всего, даже со своими богатствами. Или по крайней мере значительной их частью. Пристукнуть его совсем без шума сумел бы разве что опытный магистр, да и сокровищ имелось слишком много, чтобы тюремщики смогли вынести и реализовать их незаметно. Но вот если Олега занесло в руки тех, кто сделал разбой своим ремеслом, то на мирное общение с ними рассчитывать не стоит.
— Османские… — тяжело вздохнул узник и потрогал громадную ссадину под правым глазом, — какие ж еще?..
По всей видимости, заключенный имел то ли аналитический склад ума, то ли пророческие способности, поскольку почти сразу же после того, как он замолчал, с громким скрежетом ржавых петель распахнулась дверь в камеру. И смугловатые люди на ее пороге явно не были дилетантами. Ну раз уж они расхаживали в отлично держащих удары кулаками, ногами и цепями толстых куртках с кое-где нашитыми на них пластинами железа, да еще и сунулись в собственную тюремную камеру, откуда раздались подозрительные звуки, только втроем. Причем двое держали на изготовку ружья с примкнутыми штыками, а у третьего не занятая ключами рука теребила висящую за поясом саблю. Вот только чего-чего, а обнаружить громадную груду сокровищ и боевого мага третьего ранга прямо перед своим носом они не ожидали и потому на пару мгновений опешили, вылупив глаза на облаченного в непривычного вида броню вооруженного человека и разбросанные по полу золото и артефакты. А потом было уже поздно, поскольку Олег пустил в ход зачарованные топоры.
Лезвие, поглощающее жизненную энергию из своей жертвы, вонзилось в грудь ближайшего противника, который выронил ружье и осел на грязный пол тюрьмы, вцепившись стремительно бледнеющими пальцами в рукоять оружия-вампира. Бросок левой рукой у Олега вышел чуть хуже, и потому второй топор вмазался в свою жертву все-таки обухом. Впрочем, этого хватило, чтобы та, взмахнув руками, с испуганным воплем брякнулась на пятую точку, выстрелив куда-то в потолок. Третий пират, выронив звякнувшие о порог ключи, рванул из ножен саблю… И рухнул лицом вниз, поскольку в лоб ему по самую рукоять вонзился сделанный словно из темного стекла кинжал, прилетевший из-за спины чародея. Похоже, кому-то из узников даже наличие кандалов не мешало оставаться достаточно опасным человеком. Ну, при условии доступа к оружию. Особенно такому, что способно протыкать толстую черепную кость как бумагу.
«Шансы умереть по пути к покупке лотерейных билетов выше шансов выиграть в эту самую лотерею… вроде бы, — припомнил Олег один из фактов, связанных с теорией вероятности, про который узнал еще в своем родном мире. А затем шагнул вперед и, усилив свои мускулы при помощи магии на пару секунд, аккуратным пинком сломал шею последнему живому пирату, пытавшемуся на карачках отползти от чародея подальше. — Так почему же тогда мне так не везет-то, а? Куда ни сунусь — везде творятся скандалы, интриги, расследования, налеты неприятеля, нашествия монстров… Может, у мира таки есть нечто вроде иммунной системы, способной отличать выходцев из других измерений от коренных жителей? И я с ее точки зрения если и не вирус, то посторонний микроорганизм, который непременно должен быть утилизирован…»
