Звякнули об каменный пол выпавшие из рук чародея боевые топоры; впрочем, боевой маг чувствовал, что стоит ему только захотеть, и они вернутся обратно в ладони. Шлем, так кстати подкатившийся по полу почти к ногам волшебника, немедленно оказался напялен на голову и съехал на глаза. С ближайшего доспешного стенда был выдернут панцирь, вроде бы почти подходящий Олегу по габаритам. Примерять времени не имелось, в будущем целитель и артефактор либо подгонит броню по фигуре, либо фигуру по броне. Ну или просто продаст эту вещь ценителям древностей, если та не будет слишком сильно отличаться качеством в худшую сторону от доступных ему аналогов.
Щиты разных форм находились довольно далеко, но, к счастью, требовалось не так уж много силы, чтобы при помощи телекинеза поставить самый круглый из них на ребро и катить в нужном направлении подобно колесу. Доброслава, полностью обратившаяся в волка ради прибавки скорости, бряцая своим новым доспехом, унеслась куда-то в противоположный угол помещения. Видимо, там находилось нечто действительно ценное, но оборотень, к сожалению, не успела взять его раньше. Еще один толчок, после которого попадали почти все стеллажи, а по стенам начали змеиться трещины, лишь добавил кащенитке прыти.
К тому моменту, когда она вернулась, Олег переправил на ту сторону портала не меньше центнера разнообразного железа, не очень всматриваясь в то, что именно попадается ему под руку и куда оно летит. Во всяком случае, одна из четырех гвардейских мумий обзавелась торчащим у нее из шлема кинжалом с длинным волнистым лезвием, вошедшим в темный металл, словно в мягкий пластилин. Правда, не сказать, будто это расстроило мертвеца или управляющего им Бессмертного. Скорее всего, они данный факт если и заметили, то не придали ему значения, поскольку на фоне творящегося катаклизма такая мелочь не стоила особого внимания.
— Что происх… — шагнувший в портал Олег буквально подавился своим вопросом, поскольку в нескольких сантиметрах от себя обнаружил щелкнувшую челюстями голову костяного дракона. Исполинская нежить, каждый клык которой лишь чуть-чуть уступал в размерах сабле, открывала и закрывала рот, стараясь уцепить замершего перед ней человечишку, обдуваемого образующимися от этих движений резкими порывами ветра, однако дотянуться до него не могла. С шеей-то громадный череп дохлой рептилии больше не соединялся. — Ух, ё!..
Стукнутый в спину вернувшейся Доброславой, оттого непроизвольно сделавший шаг вперед и почти уткнувшийся в распахнувшуюся пасть чародей отмер от первончального шока, осмотрелся вокруг и оцепенел вторично. С тех пор, когда он последний раз был в резиденции Бессмертного, поменяться тут успело очень много. Да честно говоря, практически все!
Большей части стен больше не было. Как на тех жалких издырявленных огрызках, что еще остались, держится местами просматривающийся на десяток этажей вверх потолок — оставалось решительно непонятно. Видимо, магия, вложенная строителями в здание, оказалась достаточно сильна, чтобы возместить недостаток несущих конструкций. Пол тоже пестрел дырами, один взгляд в которые мог бы довести до истерики даже профессионального спелеолога. Причины столь масштабных катаклизмов присутствовали здесь же, частично в целом, а частично в разобранном состоянии. Это была нежить. Высшая нежить. Многочисленная и разнообразная высшая нежить. Очень-очень многочисленная и разнообразная высшая нежить, которая хаотически слонялась по помещению, то и дело вступая в схватки между собой!
Напоминающие культуристов раздувшиеся за счет невероятного количества мускулов гиганты, своим сложением смахивающие на троллей, с которых содрали всю кожу. Их единственным оружием были собственные лапы, но этого более чем хватало, если один из ходячих трупов вдруг решал, что кто-то встал у него на пути. Скелеты в покрывшихся вековым налетом пыли доспехах и частично истлевших мантиях. Экипировка то ли умертвий, то ли самых настоящих личей светилась от магии, заключенной в многочисленные драгоценные камни-накопители. Там, где они вступали в бой, воздух сгущался туманом под воздействием невероятного холода. Впрочем, иногда эти рукотворные облака подсвечивались огнем, вспышками молний и прочими спецэффектами, свойственными применению боевых заклинаний. Мумии, очень много мумий, в чьей одежде не имелось ни малейшего намека на единообразность. Высохшие до состояния окаменелостей подданные Кащея толпились так, что яблоку было негде упасть, и служили неким подобием буфера, останавливающего движение других покойников. Сами они никого первыми не атаковали, но если их задеть, бросались в схватку с полным презрением к своей нежизни. Ледоколами рассекали бушующее море взбесившихся стражей города костяные драконы и зомби, сделанные на основе великанов. Эти титаны просто затаптывали мертвецов помельче целыми десятками, наполняя воздух отвратительными чавкающими звуками и брызгами гнилой крови.
