Разумеется, награды не могли изготовить за столь краткий срок, но на шее каждого награжденного теперь красовалась лента с символической табличкой. Позже король еще раз прилюдно наградит их уже на Родине.
Тройка за тройкой награжденные принимали награды из рук короля и возвращались на свои места в ближних рядах. Вскоре это нудное, хотя и обязательное мероприятие закончилось.
Хм… Вот и тема для разговора. Что-то я не заметила, чтобы награждали простых вояк. Все рыцари да командующие!
«Награждение неучаствовавших. Все как обычно, Твиг». Ну, или просто не всех, а только больших шишек. Пехоте награды ни к чему.
— Что, моя госпожа? — спросил император, когда я фыркнула.
— Награждают только высшие военные чины? — «удивилась» я, хотя сама только что видела своими собственными глазами. — Неужели простые воины уже не способны на доблесть? Странно. Я была иного мнения об илонцах, да и на поле боя они проявили себя героями.
Керрик Илонский к тому времени уже вскарабкался на помост, поэтому мог слышать наш разговор и вмешаться в него.
— Ваше величество, это не так, — сказал он. — Все наши воины доблестно сражались. Но победа подчиненного принадлежит его командиру, разве не так?
Моя «герцогиня» рассмеялась. Как будто колокольчик зазвенел…
— Вот передо мной охрана, и она убьет любого, кто захочет на меня напасть, — сказала я. — Вы скажете, что это я их убила?
— В некотором роде, так и есть, — сказал император.
— Или их убили вы? — продолжила я цепочку рассуждений. — Ведь это вы приставили охрану.
— Хм… если рассуждать так, — снова улыбнулся он.
— Тогда продолжим. Может, их убили матери охранников? Ведь только благодаря им легионеры появились на свет, — довела я идею до абсурда.
— К чему вы ведете?
— С другой стороны, вы ведь награждаете за хорошую работу именно охрану, а не себя самого?
— Ваше величество, — рассмеялся Керрик Илонский. — В чем-то она права. Я будто снова дома, беседую со своим духовником. Сам я не силен в таких делах.
«Не прибедняйтесь, ваше величество! Все-то вы знаете».
— Что ж, рада, что сумела развеселить высокого гостя, — вслух сказала я. — Это всего лишь мои умозаключения.
Сегодня я выпустила все свои шипы. И мне это понравилось! У розы ведь они должны быть, не так ли? Почему бы и нет? Если не переходить черту, можно неплохо развлечься.
— Ваше величество, — обратился илонец к императору. — Думаю, ваша императрица права. Надо продлить слушания на один день. Сегодня же велю командующим сделать представления о награждении для подчиненных. Надо поощрять за храбрость.
— Да будет так, — решил император.
На удивление молчаливый сид переводил взгляд с одного на другого участника шутливой перепалки. Данна, данна. Все это исключительно для вас. Вы еще не поняли? Семь дней. Вы пробудете здесь не шесть, а семь дней.
Игра началась.
Я хотела прижать его к стенке и получить ответы на все «Почему?», которые роились в голове. Почему он так резко переменился после той ночи? Почему не остановил? Почему решил, что для него достаточно? И почему он обо мне такого мнения? Хотела выслушать его версию событий, прежде чем вынести вердикт.
А для этого нужно время. Если он уедет, я так и не узнаю, и до конца дней буду мучиться от неизвестности. Лучше уж горькая правда, чем предположения.
Уже несколько дней он меня избегал, хотя я отправила ему записку с просьбой о встрече. Теперь его черед побегать за мной. Ради этого я и затеяла этот спектакль.
Почему мне важно было знать?
Дело касалось не только меня, но и крохотного безымянного комочка плоти, который угнездился в моем теле. Да-да! Я ошиблась. Как оказалось позже, мне выпал главный приз. Выигрыш в лотерею. Попадание с первой попытки. Неизбежность и предопределенность, как она есть.
«Если вдруг не родится девчонка, Твиг». На такой стадии еще не определишь.
В любом случае, мне надо было понять, достоин ли отец знать своего ребенка.
Позже был дан довольно скромный прием в шатре, и начался праздник снаружи. Когда первая эйфория после победы схлынула, стал понятен масштаб бедствия. Показная роскошь не к лицу государю, когда его подданные в беде.
Трупы наконец-то сняли, чтобы они не начали смердеть на жаре и не омрачали людям радость. Воины мерились силами, музыканты играли, и люди развлекались, как могли. У них была победа. Что еще нужно?
Я ненадолго составила компанию императору и его гостям, а затем запросилась к себе. К счастью, император не настаивал, чтобы я осталась.
Когда мы с Мэв вернулись в свои покои, то застали Тилли, утешающую вторую служанку, Альму. Эта обычно молчаливая скромница плакала, как будто ее кто-то обидел.
— В чем дело? — строго спросила Мэв.
— Он… он… — служанка икнула и снова залилась слезами, а ее подруга просто испуганно уставилась на нас.
— Кто посмел?! — протрубила разгневанная камеристка, очевидно, вообразившая самое худшее. — Я сама его убью!
Однако я, внимательно рассмотрев девушку, не нашла беспорядка в ее одежде или следов насилия.
