– Брось! Старый трюк: забрасываешь мысль о продаже в голову человеку, который и не думал этого делать. А когда идея заброшена, у домовладельца в глазах начинают крутиться значки доллара, и он вдруг решает, что очень заинтересован в продаже.
– А ты заинтересован?
– В продаже? Не глупи.
Я назвала цену, которую готовы заплатить клиенты, и подчеркнула:
– Чертовски выгодное предложение.
– Правило номер один: предложения не существует, пока оно не изложено на бумаге. Это тебе тоже следовало бы знать.
– То есть если покупатели сделают письменное предложение, ты будешь готов его рассмотреть, – уточнила я, не обращая внимания на оскорбление.
– Ни за что.
– Ради бога, почему?!
– Я прожил здесь почти пятьдесят лет. Это мой дом, и я не собираюсь его покидать. Разговор окончен.
– Ты купил жилье, когда был молодым человеком с растущей семьей. Все изменилось. Тебе скоро восемьдесят. Мама умерла. И дом слишком велик, чтобы ухаживать за ним в одиночку. Ты сам это понимаешь.
– У меня есть Элиз, – уперся папа.
– Которая и сама не юна. Как думаешь, долго она еще сможет следить за хозяйством? Что будет, если Элиз уйдет?
– Это уже моя забота.
– Ты можешь и вовсе избавиться от забот. Можно продать дом, получить большие деньги, купить квартиру или переехать в первоклассный пансионат. Тогда сиделка тебе не понадобится…
– Ага! – воскликнул он. – Значит, вот в чем дело! Хочешь избавиться от Элиз?
– Я просто хотела…
– Без тебя знаю, чего ты хотела. Спасибо, что зашла. – Он развернулся и вышел в прихожую.
Я несколько секунд просидела неподвижно, потом взяла пальто и встала.
– Что передать Стефани? – спросила я уже у входной двери.
– Мне плевать, что ты ей передашь, – бросил папа и открыл дверь, не дожидаясь, пока я надену пальто. Потом повернулся в сторону кухни к стоявшей в дверях Элиз: – Теперь я, пожалуй, выпью горячего шоколада.
– Сию минуту, – с улыбкой ответила она. – Была рада вас снова повидать, Джоди. Будьте любезны, закройте за собой дверь…
Я кивнула. А что еще оставалось? Накинув на плечи пальто, я вышла на мороз и захлопнула дверь.
– Ничего лучше не нашла? – проворчала Трейси, в буквальном смысле задрав нос при виде моей растянутой белой футболки и мятых черных шортов.
Было начало марта, и мы сидели в раздевалке модного спортзала, в который сестра ходила уже пару месяцев. Нас ожидало совместное занятие с Джереми, новым личным тренером сестры, которого она называла «лучшим в мире инструктором». Я так удивилась, когда Трейси позвонила утром и пригласила меня с собой, даже предложив подвезти, что согласилась без раздумий. Печальная правда состояла в том, что я не занималась уже несколько лет, поэтому не только растеряла форму, но и была несколько ограничена в выборе гардероба.
– Знаешь, тут продают спортивную форму, – сообщила сестра. – Можем купить тебе что-нибудь более модное и… ну, более подходящее.
Я посмотрела на ее гладкий черный спортивный костюм, в котором Трейси выглядела как на картинке в журнале. Длинные светлые волосы сестра собрала в высокий хвост, макияж был нанесен опытной рукой.
– Я думала, мы сюда пришли как следует пропотеть.
– Конечно, – подтвердила она. – Но это же не значит, что мы должны выглядеть как бомжи. То есть я не говорю, что ты похожа на бомжа, – поспешила добавить она.
– Я похожа на бомжа, – согласилась я.
– Нет. Просто выглядишь усталой. Все в порядке?
– Все хорошо. Только… дел много.
– На тебе всегда слишком много дел. И слишком много работаешь. Честно говоря, я даже немного удивилась, что ты нашла время сходить со мной на тренировку.
Честно говоря, я и сама удивилась. Но дети были в школе, никаких встреч в графике не значилось, а одежда и впрямь стала немного тесновата. Поэтому я без колебаний согласилась, когда Трейси пригласила меня в зал.
– До занятия еще есть время, если хочешь что-нибудь примерить, – сказала она, взглянув на часы.
Это были мамины часы «Картье», те самые – на красном ремешке из крокодиловой кожи.
– Когда ты их получила? – спросила я, стараясь не выдавать потрясения, и указала подбородком на ее запястье.
– Что? А… Часы? Да не помню. Кажется, в прошлом месяце. Элиз убедила папу отдать их мне. Будь к ним добрее, Джоди, – посоветовала сестра. – Тогда и тебе что-нибудь достанется.
– Я всегда добра, – возразила я. – К тому же у меня есть искусственные жемчуга. Чего еще желать?
– В следующий раз, когда они мне что-то подарят, я отдам тебе. Обещаю, – рассмеялась Трейси.
– Не стоит.
– Когда ты в последний раз с ними говорила? – спросила сестра.
Я снова удивилась: обычно такой вопрос был моей прерогативой.
– Несколько недель назад, – призналась я.
Мое прежнее желание поддерживать связь поугасло после того, как меня бесцеремонно выкинули на мороз. Нельзя бесконечно биться лбом в кирпичную стену, не раскроив голову. Я решила, что перерыв необходим ради моего же благополучия.
– А ты?
