Но я знала, что это не так. И боялась, что отец очень рискует, что ему грозит опасность.
– О господи… – простонала я, спрятав лицо в ладони и пытаясь сообразить, что означает появление Роджера в нашем доме. Я точно знала только две вещи: первое – мне нужны ответы; второе – я понятия не имею, как их получить.
В туалете я просидела довольно долго, пока не почувствовала, что смогу поддерживать разговор не расплакавшись. Потом я смыла за собой на случай, если кто-то ждет снаружи, и открыла дверь.
В коридоре стояла Рейчел Миллер.
– Вы хорошо себя чувствуете? – спросила она, но маска заботы еле скрывала упрек. – Вы так долго там были…
– Все в порядке. Простите, – пробормотала я и вернулась в гостиную, где мой муж развлекал гостей анекдотом про встречу Уильяма Митчелла с хирургом.
Я подошла к Роджеру сзади.
– Нужно поговорить, – прошептала я.
– Где и когда? – спросил он.
– На кухне, – сказала я. – Сейчас.
– Сразу после вас.
Я вышла из комнаты. Через несколько секунд за мной последовал и Роджер.
– Твой муж умеет рассказывать байки, – заметил он.
– И не только он. – Мы стояли лицом к лицу возле кухонного стола. – Расскажи мне, что происходит, – потребовала я. – Кто ты такой?
– Ты знаешь, кто я такой.
– Думала, что знала. Но того человека звали Роджер.
– Да. Прости. На самом деле – Эндрю.
– Значит, ты и правда сын Элиз?
– Так и есть.
Я покачала головой, пытаясь осознать смысл его слов.
– Зачем было прикидываться? Не понимаю.
– Думаю, понимаешь.
– Нет.
– Ты же умная девочка, – отмахнулся он. – Уверен, ты рано или поздно сама догадаешься.
– Вовсе нет. Я как раз такая идиотка, за которую ты меня принимал. Мне все нужно разложить по полочкам. Что за игру вы ведете?
– Никакой игры, – улыбнулся Роджер.
– В самом деле… С чего бы тебе приходить ко мне в кабинет и прикидываться другим человеком? Тащить меня показывать квартиры, приглашать на ужин…
– В постель, – прошептал он мне на ухо.
Я покосилась в сторону коридора – не идет ли кто-нибудь.
– Почему? – просто спросила я.
– Почему бы и нет?
– Это не ответ.
– Ну хорошо. Назовем это страховкой.
– Страховкой от чего?
– От нежелательного вмешательства в жизнь моей матери.
– В каком смысле?
– В таком смысле, что, пока ты ей не мешаешь, все будет хорошо.
– Пока я ей не мешаю? – переспросила я.
– Моя мать продолжит приносить счастье твоему отцу до тех пор, пока будет в силах переносить его весьма властный характер. Ну, уж не мне рассказывать тебе, что Вик за человек…
– И?
– И ты со своей милой сестричкой не станешь делать ничего такого, что может этому помешать. Не станешь плохо отзываться о моей матери или оспаривать ее решения, обращаться к юристам или мешать ее планам. Ты будешь со всем соглашаться и во всем ее поддерживать. В общем, поведешь себя предельно мило. Я знаю, ты умеешь.
– А если нет?
– Я тебе кое-что покажу.
Он достал из кармана темно-синего блейзера телефон и повернул ко мне.
Я уставилась на маленький экран и увидела картинку: я мирно сплю в незнакомой кровати. Картинка превратилась в видео, и я увидела, как камера скользит по комнате, в которой я теперь узнала номер гостиницы «Кинг Эдвард», в котором мы останавливались с Роджером. Камера медленно скользила по моей одежде, брошенной на стул, по ростовому зеркалу на двери ванной комнаты, в котором отражалось голое тело моего любовника.
– О боже, – простонала я.
– Знаю, – ухмыльнулся Рожер, – не самый мой удачный ракурс. С другой стороны, ты выглядишь очень довольной. Хороший оргазм творит чудеса с цветом лица, не правда ли?
– Ублюдок!
– Думаю, можно обойтись и без брани. Просто зови меня Эндрю. И не беспокойся: я не намерен никому это показывать, особенно твоему мужу, который, полагаю, будет не в восторге от твоего сияющего лица.
– Значит, это все была подстава? Ты использовал меня…
– Предпочитаю считать, что мы использовали друг друга. Еще вопросы?
– Рекомендации Элиз?..
– В обоих случаях отвечал я. Разные голоса, одноразовые телефоны. Любительщина. Но легко одурачить тех, что хочет быть одураченным.
У меня закружилась голова. Неужели я сама во всем виновата?
– И что будет дальше?
Роджер улыбнулся.
– Теперь мы будем примерными сводными братом и сестрой и вернемся на вечеринку. Что скажешь, сестренка?
– Скажу – иди к черту.
– Только после тебя. – Улыбка тут же исчезла.
«Не беспокойся, я уже там», – подумала я, возвращаясь к остальным.
– Ты не представляешь, что сейчас было, – сказала Трейси, когда мы шли к машинам.
– И что сейчас было? – спросила я, чувствуя, как хлещет по щекам холодный ночной ветер.
– Он сказал, что хотел бы снова увидеться со мной.
– Кто сказал? – спросила я, хотя холодок в душе подсказал ответ.
– Эндрю, конечно, – хихикнула сестра. – Я сразу поняла, что понравилась ему. Это было видно по его взгляду.
– Пожалуйста, скажи, что ты ответила отказом.
– С чего бы?
Я встала как вкопанная.
– Потому что он сын Элиз. Потому что я ему не доверяю.
– Ты и не должна ему доверять, – возразила Трейси. – Он же со мной хочет встретиться, не с тобой.
– Тебе тоже не следует ему доверять.
– Почему это?
– Потому что я считаю его мошенником.
