Сигнальный экземпляр полностью

— Только не это, — вырвалось у него, но поздно — глаза уже нестерпимо жгло, а лицо горело. На сей раз вместо водопроводной воды из-под крана лился отбеливатель. Рассел завопил, вытирая полотенцем обезумевшие глаза. Полотенце не помогло — глаза нужно было срочно промыть. Сощурившись, Рассел почти на ощупь шарил здоровой рукой в холодильнике. Там имелась бутылка воды, но кто знает, вода ли там окажется, когда он начнёт промывать ею глаза? Недоверие к прозрачным жидкостям мёртвой хваткой уцепилось за него. Рассел схватил пачку яблочного сока — лучше, чем ничего. Слава богам, там и правда всё ещё был яблочный сок. С грехом пополам промыв им глаза (что бы на это сказала Донна?), Рассел застонал. Всё это какое-то сумасшествие. Пошатываясь, он зашёл в ванную, с трудом разлепил глаза и посмотрел в зеркало. Лицо было бледным, а глаза — красными, с кровавыми прожилками, чего и следовало ожидать. Кроме того, при моргании мир через раз становился расплывчатым и мутным. Рассел со злостью посмотрел на всё ещё мирно стоявшую на раковине бутыль с отбеливателем.

Что-то было не так. Нет, это Рассел уже давно понял, но что-то было не так с самой бутылкой. В мозгу у него засвербило, и он знал — пока не поймёт, что же именно не так, это свербение не пройдёт. Рассел внимательно смотрел на периодически расплывающуюся перед глазами бутыль, и тут его как током дёрнуло. Он отчётливо помнил, что приносил домой литровую бутыль. Совершенно отчётливо.

Теперь же на невзрачной этикетке значилось «1,25 л». Да и сама бутыль немного увеличилась. Наверное. Рассел не мог сказать точно. Он поморгал, отгоняя туман из глаз, и снова посмотрел. На этот раз сомнений в увеличении размеров бутыли у него не было — а на этикетке значилось «1,5 л». Рассел зажмурился и подумал, что пора звонить психиатрам. Потом открыл глаза.

«1,75 л».

Он снова зажмурился

(это просто невозможно)

и снова открыл глаза.

«2 л».

Чёртова бутыль росла на глазах, и останавливаться, похоже, не собиралась. Рассел в панике схватил её

(боже, как жжёт руки)

и стал выливать в ванну. Прошло секунд тридцать, прежде чем он осознал, что бутыль не становится легче, и около минуты, когда он понял, что она и не станет. Отбеливатель лился бесконечным потоком, и Рассел растерялся от этого больше, чем от чего-либо за сегодняшний день. Выронив бутыль в ванну, он попятился в коридор. Звонить? Кому? В полицию? В психушку?

Что делать?

Рассел дёрнулся и бросился в ванную с одной только мыслью — схватить это отродье и выбросить в окно, и плевать, что будет дальше. Однако бутыли в ванне уже не было, зато была здоровенная прожжённая дыра в том месте, куда Рассел выливал её содержимое.

И в этот момент прямо за спиной у него раздался скрип и какое-то скворчащее шипение. Рассела прошиб холодный пот. Он словно окаменел. Рубашка прилипла к телу, раненая ладонь перестала подавать признаки жизни, из носа закапала кровь, но всё это было ничто по сравнению со страхом. Рассел был уверен, что за ним находится гигантская бутыль с отбеливателем, готовая выплеснуться прямо на него, поглотить его заживо. Ничто на свете не могло заставить его обернуться.

— Что это с тобой?

Против своей воли Рассел резко обернулся и с облегчением вздохнул. Донна вернулась домой… Когда? Он даже не заметил. Да неважно.

— Слава богу, — вырвалось у него.

Донна смотрела на него с подозрением. Белое лицо, сильно покрасневшие глаза, кровь из носа капает на рубашку, а из ладони — на пол… Но самое дурное — этот его безумный взгляд. Совершенно безумный.

— Что тут произошло? — осторожно спросила она.

— Ты не поверишь, — хрипло рассмеялся Рассел, и в его смехе звучали нотки безумия, — но нам придётся покупать новую ванную.

— Рассел? — в голосе Донны уже слышалось беспокойство.

Он молча ткнул пальцем в прожжённую дыру на дне ванной.

Которой там, конечно, уже не было.

— Давай ты приляжешь, — мягко сказала Донна, и Рассел понял — она считает его сумасшедшим.

Но он не был сумасшедшим. Всё дело было в чёртовом отбеливателе.

— Где он? — рявкнул Рассел, и Донна отшатнулась от него.

— О чём ты?

Рассел чувствовал страх в голосе жены, но приписал его тому, что она не ожидала от него, что он догадается. Конечно, это она вынула из ванны и спрятала бутыль. Но он с ней ещё не закончил.

— Куда ты дела этот чёртов отбеливатель?!

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, — испуганно и жалобно ответила Донна, и он всё-таки врезал ей по её вечно недовольной физиономии.

— Рассел! — воскликнула она и заплакала.

Рассел повёл плечами и молча протиснулся мимо неё в коридор. Плач жены немного отрезвил его. Наверное, он слегка перегнул палку. В любом случае, он знает, что делать дальше. Рассел собрался вернуться в супермаркет и

(и что дальше?)

уничтожить

(интересно, как?)

оставшиеся дьявольские бутыли.