Сигнальный экземпляр полностью

(да ладно, ты просто хочешь убедиться, что они действительно будут там, и что всё это не плод твоего тронувшегося воображения)

(нет, это не так, я знаю, что всё было по-настоящему)

(отлично, а ещё ты по-настоящему разговариваешь сам с собой)

(нет, это не так)

(именно так)

(перестань)

(что бы на это сказала Донна?)

(Донна?)

(Донна)

Донна! Рассел осознал, что из ванной не доносится ни звука.

А ещё ощутил сильный запах отбеливателя.

Он вернулся.

Оно вернулось.

И сейчас оно наверняка пожирает его жену. Рассел рванул в ванную и увидел Донну, стоящую на коленях, раскачивающуюся из стороны в сторону, закрывшую лицо руками. Сверху на неё капала вода, и Рассел увидел на потолке уже знакомые ему пятна. А на раковине — бутыль с отбеливателем. На этот раз — «2,25 л».

И на этот раз их было уже две.

И их нужно было немедленно уничтожить. Рассел уже знал, что выбросить их не получится, а ещё он знал, что нужно делать. Он ясно представил, как острое лезвие одним махом разрезает пластмассу, и бутыль распадается на несколько частей, истекая своим смертоносным содержимым.

О да.

Рассел рванул на кухню,

(спаси её, пока ещё не поздно)

выдвинул ящик с ножами,

(этот слишком маленький, идиот)

выбрал самый подходящий

(разрежет пластмассу, как масло)

и вернулся в ванную.

Бутыли были уже литров под пять.

Донна, увидев у него в руках тесак, пронзительно заверещала, и Рассел от неожиданности прижался к стене. То, что он увидел, больно резануло по сердцу. Он опоздал.

Отбеливатель тек по её лицу, оставляя после себя кровавые полоски, затекал ей в глаза, выжигая их, словно кислота, капал на пол, с шипением пузырился на белом кафеле.

Рассел шагнул в ванную, обеими руками сжимая тесак. По лицу у него текли слёзы. Всё-таки он любил свою жену.

Любил.

— Пожалуйста, пожалуйста, не надо! Умоляю! — кричала Донна, забиваясь в угол.

— Пожалуйста, пожалуйста, помоги! Умоляю! — слышал Рассел.

— Я помогу, милая, — он сделал ещё шаг навстречу жене. — Помогу.

Рассел с силой опустил тесак на одну бутыль, затем на вторую. Увернувшись от брызнувшего отбеливателя, засмеялся. В ушах у Рассела стоял непрерывный визг, но он знал — эти звуки издаёт не Донна. Это звуки умирающих бутылей, их дьявольские крики на грани между жизнью и смертью. Ядовито шипя, отбеливатель стекал по стенам ванной, оставляя за собой

(кровавые)

следы. Рассел в последний раз с упоением опустил тесак, и наступила тишина. Дно ванны было тёмно-розовым

(кровь, смешанная с отбеливателем)

и манило к себе, как магнит. Рассел против своей воли наклонился к нему, почувствовал жар и уже слабеющий запах проклятого средства. А потом запах исчез совсем.

Рассел победил.

Он обернулся и обмер от радости: с гибелью бутылей действие отбеливателя прекратилось. Глаза Донны были на месте, да и сама она была почти в норме.

— Всё закончилось, дорогая. Всё закончилось, — с облегчением сказал Рассел, прижавшись лбом к её лбу.

Донна улыбнулась, а потом его заволокло темнотой.

* * *

Очнулся Рассел за кухонным столом. Он понятия не имел, сколько времени прошло с момента событий в ванной и как он вообще оказался на кухне. Где Донна, он также не знал.

Рассел чувствовал, что в голове у него не хватает каких-то частей мозаики, но не сильно удивился этим пробелам. Пережив то, что пережил он, это не удивительно.

Но где же всё-таки Донна?

Внезапно Рассел ощутил голод. Открыл шкаф, где обычно стояли консервы, но не увидел ни одной банки. Даже захудалой фасоли не было. Донна даже за этим уследить не может. В сердцах Рассел стукнул кулаком по хлипкой дверце шкафа, и она отвалилась. Это было уже чересчур. Рассел почувствовал, как в нём закипает ярость. С каменным лицом он поднял дверцу и с размаху шибанул ею по стойке с посудой. Звон разбивающихся тарелок принёс облегчение. Рассел подумал, что ему надо учиться держать себя в руках или пить какое-нибудь успокоительное. Не обращая внимания на куски тарелок, разлетевшиеся по всей кухне,

(Донне бы это не понравилось)

Рассел выдвинул нижний ящик шкафа и с радостью обнаружил в нём большой белый

(белее белого)

пакет с попкорном для приготовления в микроволновой печи.

Лучше, чем ничего.

Микроволновка зашумела, пакет с будущим попкорном завращался на стеклянном блюде, Рассел сел за стол, смахнул с него осколки тарелок и обхватил голову руками. Голова болела, а кухня периодически расплывалась у него перед глазами. С ним снова творилось что-то неладное. И на этот раз дело было не в отбеливателе.

И ему это очень не нравилось.