Сияние полностью

Циферблата больше не было. На его месте образовалась круглая черная дыра. Она вела куда-то в вечность. Она росла. Часы исчезли, а вместе с ними и бальный зал. Дэнни робко шагнул вперед и упал в темноту, которая скрывалась за часами все это время.

Маленький мальчик внезапно повалился на кресло, изогнувшись под неестественным углом, с головой, откинутой назад, с глазами, невидяще устремленными в высокий потолок бального зала.

Он падал вниз, вниз и еще дальше вниз в…

…коридор, на четвереньки в коридор, где он ошибся поворотом, стремясь попасть к лестнице, он ошибся поворотом и теперь И ТЕПЕРЬ…

…он понял, что оказался в коротком тупиковом коридоре, откуда можно было попасть только в президентский люкс, а грохочущий звук приближался, молоток для роке с чудовищным свистом разрезал воздух и вгрызался в шелковые обои, вышибая из стен облачко штукатурки.

(Да будь ты проклят! Получи)

Но теперь в коридоре появилась еще одна фигура. Она стояла, прислонившись к стене, позади него. Как призрак.

Нет, это не было привидение, хотя фигура была одета во все белое. В совершенно белые одежды.

(Я доберусь до тебя, ты, ублюдочный КАРЛИК!)

Дэнни кинулся прочь от звуков. Теперь он оказался в главном коридоре четвертого этажа. Но вскоре обладатель громоподобного голоса тоже свернет за этот угол.

(Иди сюда! Иди сюда, маленький говнюк!)

Одетая в белое фигура выпрямилась, вынула из угла рта сигарету и сняла табачную крошку, прилипшую к пухлой нижней губе. Дэнни увидел, что это был Холлоран. Облаченный в поварскую одежду, сменившую синий костюм, который был на нем в день закрытия сезона.

– Если возникнут непредвиденные проблемы… позови меня, – сказал Холлоран. – Ударь так же громко и мощно, как ты это сделал несколько минут назад. И я скорее всего услышу тебя даже во Флориде. А как только услышу, примчусь без промедления. Тут же прибегу. Прибегу…

(Так приходи же! Приходи. Приходи прямо СЕЙЧАС! О, Дик, ты мне нужен, ты нужен нам всем)

– …бегу. Прости, бегу. Больше ждать не могу. Извини, Дэнни, мой малыш. Извини, док. Я сделал все, что мог. Но сейчас я бегу, задержаться никак не могу. Я спешу. И бегу.

(Нет!)

Но Холлоран у него на глазах развернулся, снова сунул в рот сигарету и совершенно спокойно прошел сквозь стену.

Оставив его в одиночестве.

И именно в этот момент из-за угла показалась огромная тень, казавшаяся еще больше во мраке коридора, в котором отчетливо виднелись лишь красные безумные глаза.

(Вот ты где! Наконец-то я до тебя добрался, сучонок! Сейчас я преподам тебе урок!)

Существо рванулось к нему, устрашающе прихрамывая, замахиваясь молотком для роке, все выше, и выше, и выше. Дэнни с криком начал отползать назад – и вдруг тоже проник сквозь стену и стал падать, крутясь и вращаясь, падать в яму, в кроличью нору, в отверстие, которое вело в страну тошнотворных чудес.

Далеко внизу он видел Тони, который тоже падал.

(Я не могу прийти, Дэнни… он не подпускает меня к тебе… никто из них не подпускает меня к тебе… зови Дика… зови Дика…)

– Тони! – отчаянно закричал он.

Но Тони больше не было, а сам Дэнни оказался в темной комнате. Хотя мрак в ней не был полным. Откуда-то проникал приглушенный свет. Это была спальня его родителей. Он узнал отцовский письменный стол. Вот только в комнате царил страшный разгром. Он уже видел ее точно такой же. Мамин проигрыватель опрокинулся на пол. Пластинки разметались по ковру. Матрац был наполовину сдернут с кровати. Картины сорваны со стен. Его собственная раскладушка валялась на боку, как мертвая собака, а от пурпурного игрушечного «фольксвагена» остались лишь обломки пластмассы.

Свет проникал из полуоткрытой двери ванной. Сразу за ней виднелась беспомощно болтавшаяся рука, и кровь стекала с кончиков ее пальцев. А в зеркальной дверце шкафчика для лекарств то вспыхивало, то гасло слово «РОМ».

И внезапно, как будто из ниоткуда, прямо перед ним материализовались часы под стеклянным колпаком. На циферблате не было ни цифр, ни стрелок. Только дата, написанная красным: 2 декабря. А потом округлившимися от ужаса глазами он увидел слово «РОМ» в чуть размытом отражении стеклянного колпака часов, и теперь, когда отражение стало двойным, Дэнни понял, что оно означает «МОР» – то есть «смерть».