– Тшшш... – приложил он палец ко рту, призывая сохранять молчание. Медленно забрав оружие из моих рук, он стал настороженно оглядываться по сторонам. Я сделала глубокий вдох и... ничего не сказала. Что это с ним? За нами снова следят? Поймав мой взгляд, стражник кивнул в сторону высокого кустарника и стал медленно обходить меня так, чтобы оказаться между мной и предполагаемой угрозой. Но я ничего не слышу. В чем же дело?
Долго ждать ответа не пришлось. Из чащи на нас вышла группа нарочито бедно одетых мужчин, в руках у которых были обнаженные мечи. На первый взгляд дешевая вещь, но этот синий отблеск мне прекрасно знаком. Нортанийская сталь!
– И кто это в наш лес забрел, м? – широко ухмыльнулся один из них, смачно сплюнув на землю. Грубо скопированная повадка Лесного братства. Они явно скрывают свою личность. Люди нортанийского князя? Кого-то из сбежавших изменников? – Какая миленькая, мне такие по нраву. Этого в расход, а девчонкой я сам займусь, га-га!
– Бин! Назад! – приказала я, сжимая кулак и начиная стягивать темную энергию. По запястьям поползли черные узоры, которые пока скрывали длинные рукава платья.
Не успел стражник уйти с направления удара магией, как из других кустов выкатился еще один человек. Именно выкатился, потому что выйти нормально ему помешала ветка бузины, зацепившаяся за... мантию? Проклятье!
– Братья мои! Ни к чему прибегать к насилию! Все можно решить миром! – поспешно поднимаясь на ноги, озарил нашу дружную компанию лучезарной улыбкой... монах! Поспешно втянув призванную силу, я спрятала колдовские узоры и сделала шаг назад.
– Это че за циркач? – вышел вперед главарь шайки, с недоумением глядя на монаха. – Слышь, артист, а ну пшел вон!
– Ни к чему таить злобу в своем сердце, братья! Единый любит вас! – развел руки в сторону этот... циркач, улыбаясь еще шире. И вроде урегулировать конфликт человек пытается, а даже меня подбешивать начал. – Опустите мечи! Обнимемся же!
– Слышь, ну ты сам напросился! – снова сплюнул главарь сквозь зубы и решительно пошел к этому любимому брату.
Монах же так и стоял с распростертыми объятиями, сияя солнечной улыбкой. Его светлые волосы были обрезаны по плечи, а серая мантия нахватала пару репьев по подолу. Подумав, я решила подождать, пока на одного психа в этом лесу станет меньше. Потом можно и остальных добить.
Видя неадекватное поведение служителя Единого, главарь разбойничьей шайки отбросил осторожность и бросился на парня с мечом. Он бежал на него, сделал широкий замах оружием, а потом... монах как-то чуть-чуть сместился в сторону, а разбойник покатился по земле.
А? Как так?
– Ох, ты не ушибся, брат? – с искренним участием спросил служитель бога, мило улыбаясь.
– Ах ты щенок! – взбесился главарь, поспешно поднимаясь на ноги. Меч он выронил и поднимать не стал. Так с кулаками и бросился на светловолосого. И когда казалось, что его кулак непременно встретится с лицом монаха, тот снова немного сместился, а разбойник пробежал мимо.
Бин тихо подошел ко мне и знаком показал, что надо бы убраться к лагерю, но я отрицательно качнула головой и осталась смотреть дальше. Прислонившись плечом к дубу, заинтересованно продолжила следить за событиями.
– Че встали?! – рявкнул главарь своей шайке. – Кончайте его!
– Братья, ни к чему нам эти распри! – еще веселее заулыбался светловолосый, заложив руки за спину. – Единый завещал возлюбить ближнего и жить в мире!
– Щас я тебя возлюблю, скотина! А ну сюда иди! – заорал главарь и вновь бросился на монаха. Остальная группа разбойников тоже стала наступать на парня. Насколько я могу судить, он довольно молод. Может, немного старше меня.
– Отринь злобу, брат! – вещал монах, а его улыбка навевала мысли об издевательстве. – Осторожно! Там камушек!
И вроде бы я тоже видела тот камушек, но служитель бога ринулся навстречу главарю, после чего тот упал как-то так, что камушек оказался у него во рту. Из разбитой губы потекла кровь, а разбойник взвыл от боли.
– Ох, ну что же ты, брат? Больно, да? Прости меня великодушно, я не успел его убрать с твоего пути. Ты сильно пострадал?
– Замочите его уже кто-нибудь! – провыл покалеченный мужчина, что даже мне захотелось помочь ему. Но я, разумеется, не сдвинулась с места. Как сказал Бин, слуг здесь нет, так что приказать помочь мне некому. Эх, горюшко.
Дальше началась какая-то свалка. Шайка бросилась на монаха, но тот только в сторону отходил, а разбойники по земле катались. И вроде светловолосый никого не ударил, но лица были разбиты едва ли не у каждого нападавшего. Играючи, он обезвредил всех преступников и вид при этом имел очень озадаченный. Его будто искренне удивляла неловкость "братьев", он пытался им помочь подняться, но делал только хуже. То об одного запнется так, что его сапог окажется в животе у воина, то сам, будто бы споткнувшись, упадет так, что пытающийся подняться боец падает обратно и бьется еще сильнее обо что-нибудь. Служитель никого не ударил, но через пятнадцать минут вся шайка лежала на земле и стонала от боли и бессильной злобы.
