Вечером, в синих сумерках, мы вышли на высокий утес к северу от стены, где была свободная от деревьев, продуваемая всеми ветрами площадка, и замерли, ожидая команды наставника. И Мин ввинтился в толпу адептов и миг спустя вернулся с огарком свечи, на котором трепетал теплый, крошечный огонек. Оказалось, зажечь фитиль внутри фонарика, не подожгя сам фонарик, довольно сложно, и мы втроем столпились вокруг белых конусов — Ю Шин держал фонарь, И Мин держал мой рукав, а я, как человек с самыми тонкими руками, поджигала свечкой фитиль в фонаре. Так мы зажгли первый фонарь — И Мина, второй — Ю Шина, и когда уже очередь дошла до моего, И Мин вдруг, бросив взгляд мне за спину, пальцами затушил свечной фитилек!
— Ох, случайно ветром задуло, вот незадача, — фальшиво посетовал он и, необъяснимым образом хватая одной рукой сразу два фонаря, а второй — плечо Ю Шина, поволок их в сторону, подальше от меня. Уже начиная что-то понимать, я обернулась — и встретилась глазами с Фэн Хаем, державшим в одной руке свечку, а в другой свой фонарь.
— Айлин, — негромко произнес он, — красивый фонарь. Красивый смысл.
Я опустила глаза, чувствуя, что краснею — это мои друзья подумали, что я нарисовала розу, потому что в этом году хочу попробовать пирожные со съедобными лепестками розы, а он все понял правильно. На его фонаре были нарисованы рыбки — две рыбки, символ счастья. Счастья быть в паре с кем-то. Поспешно отведя глаза, я взяла из его рук свечку и зажгла фитиль его фонаря, чуть не спалив само изделие, а потом и своего.
— Выпускай! — разнесся над утесом трубный крик наставника, и в темное небо одновременно взмыли сотни сверкающих фонариков, поднимающихся все выше и превращающихся в сверкающие теплые точки. Я в восторге замерла и почувствовала, как кто-то берет меня за руку и осторожно сжимает. Шисюн?
Повернув к нему голову, я обнаружила, что он смотрит на меня серьезно, без улыбки.
— Пойдем прогуляемся, — предложил он, и я, помедлив, кивнула. Перед уходом я все же кинула взгляд назад — посмотреть, где там мои друзья? — и случайно наткнулась на напряженный взгляд главы клана, направленный прямо на нас. Он стоял в центре утеса, на возвышении, и почему-то выглядел очень одиноким. Интересно, запускал ли он фонарик? И что он загадал?
Тут Фэн Хай потянул меня за руку, и, обернувшись к нему, я следом за ним вступила под темные кроны деревьев. На этот раз шисюн учел прошлые ошибки и для разговора завел меня в чащу, подальше от дорожки, по которой мог кто-то пройти. Если бы не молчаливый колокольчик на моем поясе, в данный момент оправдывающий свое название, я бы решила, что Фэн Хай — это не Фэн Хай, а какой-то яо, решивший уволочь меня в лес и хорошенько поужинать — настолько глубоко в чащу он меня завел.
Тут Фэн Хай остановился и обернулся ко мне. Лунный свет упал на его лицо, рисуя причудливые узоры тенями листьев, и отчего-то мое сердце забилось чаще. Все еще не отпуская моей ладошки, он взял и вторую мою руку в свою, широкую и теплую, и произнес, глядя мне в глаза:
— Айлин, я хочу сказать тебе о чем-то, только не пугайся, хорошо?
Конечно, мне тут же стало страшно, и я судорожно кивнула.
Помолчав, Фэн Хай продолжил:
— Вчера, в наряде невесты, ты была так прекрасна, что мое сердце на миг остановилось, а когда забилось снова, я понял, что хочу, чтобы ты была моей, только моей, и хочу прожить эту жизнь с тобой. Я не хочу, чтобы ты гонялась с мечом за нежитью и подвергала свою жизнь опасности, а хочу, чтобы ты ждала меня дома, как другие женщины клана воздуха, и шила, например…
— Я не умею шить, — слабо отозвалась я.
— Не важно, — отмахнулся Фэн Хай. — Главное, чтобы ты была дома, в безопасности, и мне было бы, к кому возвращаться. Ты согласишься стать моей женой?
Наверное, я потеряла дар речи — потому что я могла ожидать чего угодно: признания в симпатии, может, даже любви… Но сразу предложение? Видя, что я уже собираюсь что-то возразить, Фэн Хай продолжил, не давая мне вставить и слова:
— Не думай, что я говорю так под влиянием момента. Я хорошо все обдумал — и чем больше думал, тем больше понимал, что какие бы ни были доводы за и против, мне все равно. Я люблю тебя и не хочу от тебя отказываться.
— Фэн Хай, — слабо произнесла я, от смятения называя его прямо по имени, — подожди…Ты же знаешь про ваш порошок? Небесное спокойствие? Ты перестал его принимать, когда я переселилась в твою комнату. Вот… отмена порошка могла так подействовать…
Фэн Хай лишь усмехнулся.
— В твой первый вечер в клане, в столовой, я случайно встретился с тобой взглядом. Твои глаза были такими… теплыми, как костерки, пылающие в темноте, и я вдруг почувствовал, что до этого словно блуждал в ледяной пустыне, а потом вышел к жилью и впервые за много лет согрелся. Только я думал, что ты мальчишка, и меня это жутко бесило — я думал, что сошел с ума. Знаешь, почему я застукал вас, когда вы пили вино в твоей комнате? Вообще-то проверка комнат первокурсников не входит в мои обязанности, но я все бродил перед твои общежитием, злился на себя и случайно услышал, что вы нарушаете правила.
