— Девочку. В решении этого вопроса мы сошлись, хотя частенько спорим, обсуждая бытовые мелочи,— произнесла Кэт, и добавила с мягкой улыбкой,— но, каким жарким бы ни был очередной спор, мы неизменно приходим к согласию.
Мэри понимающе кивнула, вновь улыбаясь.
— Удивительно, как одновременно мы с тобой Хогвартс покинули – по состоянию здоровья. Только я из-за болезни, а ты – из-за ребенка. Наверное, ты уже слышала от врачей предупреждения о том, что чрезмерно напрягаться не следует?
— Разумеется. Довольно утомительное занятие это было – выслушивать те слова об осторожности,— подтвердила Кэт, и, в недоумении нахмурившись, спросила, увидев понимающий взгляд Мэри,— но... неужели и ты прошла через это? Что же раньше не сказала, что у тебя есть ребенок?
— Потому что тот малыш не дожил до рождения,— пожала плечами Мэри, сделав равнодушное, по возможности лицо,— на пятом месяце произошел выкидыш. А все из-за моей чрезмерной вспыльчивости – я забыла о советах и уничтожила своего малыша негативом, что испытала. Да и болезнь моя тоже повлияла.
Она попыталась улыбнуться, но то подобие улыбки, что появилось на губах Мэри, лишь породило в глазах Кэт жалость. Печально покачав головой, Кэт произнесла:
— Эта твоя болезнь – она словно все счастье, что тебе положено, украсть хочет. Отравляет жизнь приступами, умаляет ее значимость... Так несправедливо – ты, Мэри, так счастья родить ребенка заслуживаешь, ведь страдаешь с самого детства...
Мэри в смущении опустила глаза.
— Спасибо за теплые слова Кэт, они для меня действительно много значат. Хотя ты и преувеличиваешь величину моих страданий.
Кэт лишь улыбнулась в ответ:
— Я хотела бы, чтобы их у тебя не было вообще – и, чтобы помочь тебе забыть о них хоть на день, я угощу тебя тыквенным соком собственного приготовления. Отказ не принимается,— добавила она, сердито сдвинув брови, едва Мэри попыталась запротестовать,— ты – моя гостья, Мэри, и пока ты здесь, я хочу, чтобы ни одной грустной мысли в голове у тебя не было. Ты ведь согласна со мной?
Тут уж волшебница была вынуждена кивнуть – и Кэт, сходив в соседнюю комнату, принесла оттуда два бокала и графин с тыквенным соком.
— Джек, как только узнал, что станет отцом, тут же спрятал от меня все спиртное,— произнесла она с нотами веселья в голосе,— несмотря на мои уверения не пить медовуху, и, тем боле, более крепкие напитки. Так что придется нам с тобой отметить эту радостную весть тыквенным соком.
Мэри заверила подругу, что даже рада этому, и сама наполнила бокалы, произнеся тост:
— За твоего малыша, Кэт. Пусть беды обойдут его стороной.
Кэт благодарно улыбнулась, вместе с Мэри сделав несколько глотков. Тут же завязалась беседа, что перемежалась с очередными тостами и длилась более трех часов – до прихода мужа Кэт, Джека.
— Знаете, вас за версту слышно,— заметил он, улыбаясь, едва вошел в гостиную. Мэри внимательно глянула на Джека – довольно высокий мужчина приятной наружности с коричневыми глазами и черными волосами, что доходили до заметно выдающихся вперед скул, частично закрывая лицо и глаза. Вот Джек откинул закрывающие глаза пряди небрежным движением руки, и сердце Мэри на миг замерло – так был похож только что увиденный ею жест на привычку Кристиана...
При виде мужа Кэт, что еще минуту назад хохотала вместе с Мэри, мгновенно успокоилась, выражение лица ее стало мягче, как и улыбка.
— Наверное, то же было бы, если бы ты встретил своего сотрудника, с которым не виделся около года,— произнесла Кэт, целуя мужа,— я же, хоть Мэри не видела всего два месяца, рада встрече с ней не меньше.
— Джек,— представился Мэри муж Кэт, даже не услышав слова волшебницы о том, что ей это известно,— очень приятно наконец-то познакомиться с вами, Мэри – Кэт столько мне о вас рассказывала.
Мэри, улыбнувшись, протянула Джеку руку для рукопожатия, но тот ее, к удивлению волшебницы, не пожал, а поцеловал, чем еще больше напомнил ей Кристиана. Но она не показала своих чувств, произнеся с теплотой:
— Мне тоже очень приятно увидеть волшебника, что так осчастливил Кэт,— тут Мэри подмигнула Джеку,— поздравляю с первенцем! Конечно, это преждевременно, но...
