— Права на правду? Такого права у тебя, как и у остальных моих подчиненных нет, и не было. Неужели уже забыла тот урок? Напомнить?
— Можешь пытать меня сколько тебе угодно, все равно не заставишь отказаться от права на правду. По крайней мере, в отношении того, что непосредственно касается меня.
Мэри посмотрела в горевшие яростным огнем глаза Волан-де-Морта с такой твердостью, что он был вынужден отвести взгляд.
— Меня иногда очень удивляет твое упорство и настойчивость, да и смелости у тебя хоть отбавляй. Ну, раз уж ты готова ради правды на все – ты ее услышишь. Хоть ты и доставила мне непередаваемое блаженство неделю назад, это ничего не значит для меня — я все равно не полюбил тебя из-за этого. А без любви наши отношения не смогут продолжиться. Зная, что я не испытываю к тебе ничего, кроме страсти, ты не сможешь остаться со мной, а занятия любовью скоро надоедят и тебе.
Мэри была готова к таким словам, но, слыша их, она непроизвольно ощутила себя отвергнутой. Волан-де-Морт был прав – ее не устроит лишь роль любовницы, и, осознав, что ей самой больше не хочется оставаться здесь, она стремительно поднялась на ноги, в едином порыве бросаясь вон из зала, на ходу утирая неудержимые слезы. Ей казалось, что это проявление слабости не видел никто, но нет – один из ее соратников заметил ее, бегущую со всех ног в свою комнату в расстроенных чувствах, и он же зашел к ней, в нерешительности остановившись на пороге. И Мэри не заметила его до тех пор, пока не подняла голову, стирая последние слезы.
— Что тебе здесь нужно, Руквуд?— спросила она хриплым голосом, отворачиваясь,— неужели пришел посмеяться над моей слабостью?
— Вовсе нет. Неужели ты забыла, как я помогал тебе во время тренировок? Уже тогда я проникся к тебе уважением и сочувствием, а сегодня подумал, что тебе просто необходима чья-то помощь.
Руквуд осторожно присел на кровать рядом с ней, и совсем не дружеским жестом провел своей рукой по ее щеке, влажной от слез. Мэри непонимающе уставилась на него, вспомнив, как когда-то Волан-де-Морт точно так же осторожно и нежно прикасался своей, казалось, ледяной, рукой, к ее щеке, пытаясь очаровать ее. Но Руквуд просто жалел ее – и это заставило Мэри успокоиться.
— Ты уже столько раз доказывала мне, что, несмотря на то, что ты – женщина, и по природе слабее нас, обладаешь прямо-таки стальным характером, железной волей и несгибаемой выдержкой, что я просто поражаюсь этому! Твоя единственная слабость, то, что губит тебя – чувства, значит, тебе нужно обрести над ними власть, чтобы не потерпеть поражение из-за них,— сказал Руквуд проникновенно, глядя прямо в глаза Мэри,— понимаешь, что я хочу сказать?
Мэри согласно кивнула.
— Да – то, что я должна стать статуей, не способной на любовь, жалость и прочие положительные эмоции. Следовательно, лишить себя всякой личной жизни. Но так же и то, что я должна держать в узде свою ненависть и злость – они могут погубить меня с легкостью, если затуманят мой разум.
Хоть она и чувствовала горечь, говоря это, но голос ее был спокоен и безмятежен.
Руквуд одобрительно улыбнулся:
— Я рад, что ты меня поняла. Значит, с этого дня твоя еще больше возросшая сила станет лишь подтверждением и надежной опорой твоему железному характеру.
Мэри с благодарностью взглянула на Руквуда, но тот, мгновенно поднявшись, оставил ей лишь смотреть в его спину, что вскоре скрылась за дверью ее комнаты.
====== Глава 7. Двойная работа. ======
Уже на следующий день Мэри восстановилась на своем бывшем рабочем месте в Министерстве магии, к несказанной радости многих сотрудников, вроде Альфреда. Тот первым делом в очередной раз пригласил волшебницу на свидание, но она отговорилась большой занятостью. Теперь, помимо обычной работы, она выполняла указания Волан-де-Морта – привлекала на его сторону различных волшебников, доставала информацию о необходимых ему служащих Министерства. Теперь она, как и все ее соратники, по-прежнему живя в особняке Волан-де-Морта, появлялась там лишь ночью, и в те редкие выходные, что ей предоставлялись. Остальных обитателей особняка она практически не видела – редкие разы за ужином, и только. Исключение – Волан-де-Морт, она получала от него задания и отчитывалась в выполненных два – три раза в неделю.
