— Всё в порядке, мой мальчик, — весело ответил профессор Дамблдор. — Никто из нас не идеален. — Он указал Гарри на кресло перед своим столом. — Нам нужно обсудить всего пару вопросов, прежде чем мы приступим к нашему уроку. Профессор Снейп поговорил со мной насчёт продолжения собраний Общества Защиты. Должен сказать, я был рад узнать, что ты желаешь работать
Гарри, садясь, провёл рукой по волосам. На самом деле он сомневался, что сумеет справиться, если в группе станет больше народу. Да, пара членов выпустилась из школы, но основная масса осталась.
— Я... я не думаю, что это возможно, сэр, — вежливо сказал Гарри. — С новыми людьми в группе нам придётся начать с начала, а это нечестно по отношению к тем, кто в прошлом году, когда здесь была Амбридж, рисковал, но занимался. Придётся организовать отдельную группу, но я не уверен, потяну ли это, когда начнётся квиддичный сезон. Мне уже сейчас едва хватает времени, чтобы выполнять домашнюю работу, а ведь я ещё даже не начал свои занятия с мадам Помфри.
Профессор Дамблдор сел за свой стол и устремил на Гарри задумчивый взгляд.
— Я понимаю твоё беспокойство, Гарри, — искренне сказал он. — И также понимаю, что ты предпочёл бы, чтобы состав Общества Защиты ограничивался теми, кому ты доверяешь. Даже представить не могу, как трудно тебе будет, если твоя эмпатия активизируется и на тебя свалятся все те эмоции, которые доставляют тебе столь сильный дискомфорт.
Гарри вздрогнул, услышав эти слова.
— Насчёт этого, сэр, — чувствуя себя неловко, сказал он. — Прошу прощения за то, что повёл себя неуместно...
Дамблдор поднял руку, останавливая Гарри.
— Твоя реакция была абсолютна понятна, — терпеливо произнёс он. — Не нужно извинений. Надеюсь, если подобная ситуация повторится, ты поговоришь с кем-нибудь. И ты всегда можешь найти меня здесь, если я тебе понадоблюсь. Гарри, твоя способность — это уникальный дар, но как и у любого другого дара, у неё есть своя цена. Думаю, именно этому мы и были свидетелями во время возвращения учеников в школу. Теперь ты понимаешь, что означают те чувства, которые ты ощущаешь, хорошие они или плохие. Проблема в том, что не обо всех эмоциях стоит знать. Твой друг Рон завидовал тебе, когда ты был назван чемпионом Турнира Трёх Волшебников. Можешь ли ты представить, как почувствовал бы это тогда от своего лучшего друга?
Гарри устало провёл рукой по лицу.
— Такое уже случилось, — признался он. — Когда я рассказал им обо всём, я почувствовал их страх. Но оказалось, что Рон боялся того, что случится, если об этом прознает министерство. И я понял, что не нужно спешить с выводами, когда дело касается эмоций. Если кто-то что-то чувствует, это вовсе не значит, что чувствует он это по отношению ко мне.
Услышав тихую трель, Гарри поднял голову и увидел Фоукса, сидевшего на жёрдочке. Гарри улыбнулся и вытянул руку. Феникс издал радостную трель и перелетел на свою новую «жёрдочку». Успокаивающие волны сострадания и желания защитить наполнили Гарри. Фоукс тихо курлыкнул и склонил свою голову в сторону Дамблдора, напоминая парню не забывать о разговоре. Гарри понимающе кивнул и рассмеялся, когда Фоукс ласково ткнулся в него головой, а потом перелетел обратно на свою жёрдочку.
Снова посмотрев на Дамблдора, Гарри удивился, заметив веселье в глазах директора.
— Эм... простите, сэр, — сказал Гарри.
Дамблдор улыбнулся и сцепил свои длинные пальцы в замок.
— Всё в порядке, мой мальчик, — радостно сказал он. — Меня до сих пор поражает то, насколько вы с Фоуксом близки. Полагаю, с твоей способностью чувствовать эмоции вам проще общаться.
Гарри пожал плечами.
— Я не могу это объяснить, — сказал он задумчиво. — Возможно, это как-то связано с тем, что я способен чувствовать Хогвартс. После той ночи я в общих чертах могу понимать, что он пытается сказать мне. Он может быть очень упрям, когда хочет этого, сэр. Только не обижайтесь.
— И не собирался, — рассмеявшись, ответил профессор Дамблдор. — Но мы слегка отклонились от темы. Ещё один вопрос, который я хотел с тобой обсудить, касается твоей «магической нестабильности». Я переговорил с персоналом школы по этому поводу. Им были даны инструкции уводить тебя из класса и немедленно связываться через камин с мадам Помфри в случае, если ты будешь выказывать какие-либо признаки напряжения. Признаюсь, чтобы донести свою мысль, мне пришлось раскрыть им больше информации о твоём выздоровлении, чем мне бы хотелось. Но теперь, думаю, твои учителя понимают, как тебе трудно. Также я попросил их воздержаться от обсуждения этой темы с тобой. Хотелось бы надеяться, что этого хватит, чтобы избежать неловких разговоров.
