Явилась Алиса. Утренняя драчка очень плодотворно повлияла на ее внешность. Она распустила свои идиотские хвостики и избавилась, наконец, от изрядно измазанной теннисной формы. Экспроприированная у меня футболка выглядела прелестным платьем, а копна белокурых волос делала юную леди похожей на одуванчик.
Я покосился на Альвертину. Если наша скромность метила в нее, удар, несомненно, достиг цели. Ведьменок просто позеленел от злости. Один — ноль. Альвертина так спешила принять участие в диспуте, что не сподобилась привести себя в порядок. Рядом с принцессой Алисой вид она имела довольно бледный. Я даже не стал выступать по поводу прикарманенной футболки.
* * *От Катарины осталось только облачко ароматного дыма и загадочный запах экзотических духов.
Вадим Игоревич растерянно посмотрел на опустевший подоконник, уронил на пол пепельницу и, как советовала Наталья, пробормотал: «Чур меня!»
— Что ж Вы так неаккуратно! — укоризненно сказал Горбуля. — И вообще, кончать надо с вредными привычками. Всю кухню окурками засыпали, так и до пожара не далеко.
Горохов деревянной походкой подошел к двери, взял веник и совок и стал подметать пол, насвистывая «Куда, куда Вы удалились» в несколько странной для этой арии джазовой интерпретации.
Когда он собрался высыпать мусор в ведро, перед его глазами предстали чьи-то ноги в белых носочках и теннисных туфлях. Вадим Игоревич медленно разогнулся, поднял глаза и увидел стоящую посреди кухни Алису. Горохов опустил руки, высыпал мусор на пол, поочередно уронив совок и веник.
— Папа, — пробормотала Алиса.
— Алиса! — ахнул Горохов и схватил дочь за руку, будто опасаясь, что она вновь исчезнет.
Алиса никуда не исчезла, а, посмотрев на переполненную незнакомыми людьми Ликину кухню, заявила:
— Я хочу домой, ванну и спать.
Желание вполне справедливое. Вид у девочки был сонный, и чумаза она была до чрезвычайности. К тому же от нее сильно попахивало какой-то сыростью.
— Где ты была?! — придя в себя от изумления, возопил Вадим Игоревич, прижимая к груди ненаглядное дитя.
— Потом, папочка, я спать хочу, — прошептала устало Алиса.
— Выходит, нашелся ребеночек-то! — обрадовался Горбуля. — Заявленьеце свое забрать не хотите?
— Завтра, — пообещал Горохов, прижимая к груди полусонную дочь, — все завтра! — Дверь хлопнула так быстро, что Лика, несколько растерявшаяся от произошедшего, даже не успела его проводить.
Однако уже через пару минут затренькал звонок.
— Попрощаться забыл, — ехидно прокомментировал следователь.
Анжелика выпорхнула в прихожую и распахнула дверь. На пороге стоял Горбуля с неизменной рыжей папкой. Улыбка сползла с Ликиного лица, девушка медленно попятилась к кухне.
— Я к Вам, Анжелика Варфоломеевна! — жизнерадостно сообщил следователь. — По делу Горохова. Может, помните, я на днях заходил.
