Снова звон тетивы. Вторая стрела пролетела мимо, лишь слегка оцарапав Инсилаю щеку. Таур выкрикнул что-то на своем птичьем наречье, лучники ответили поклоном.
– Что он говорит? – я сжала руку Мирны. Она прижала меня к себе, пытаясь закрыть мне лицо.
– Не смотри. Он приказал целиться тщательнее и ни в коем случае не стрелять в голову и сердце. Говорит, Волшебники не достойны быстрой смерти.
О, господи, проклятый мир! Они тут все сумасшедшие, помешанные на битвах и крови. Я обернулась на звон тетивы. Третий лучник так разволновался, что примитивно промазал. Стрела воткнулась в помост за спиной Инсилая и, звонко подрожав золотым треугольником, застыла немой тонкой линией. Стрелки подошли к корзине и взяли еще по одной стреле. Первый был самым метким – он попал Илаю в ногу, чуть выше колена. На светлых джинсах предательски стало расплываться кровавое пятно. Инсилай не шевельнулся. Он стоял очень прямо и неестественно-неподвижно, как памятник.
– Не смотри! – повторила Мирна, силой развернув меня к себе. – Не бойся, ему почти не больно. Мы же передали ему цветок предрассветной Ильты.
– Значит, твой отец знал, что все так будет? – возмутилась я. – Знал, что казни не избежать и дразнил нас надеждой? Ненавижу!
<p>Глава 33</p>– Это совершенно невозможно – тащить за собой в пропасть детенышей, – сказала Лика, рассматривая приобретенный у Аркаши арсенал.
– Это Ронни-то детеныш? – усомнилась Наталья. – Ты ничего не перепутала, подруга?
– Он – недоучившийся подмастерье, вообразивший себя Волшебником. – Лика взяла в руки карабин. – Единственное достойное приобретение.
– Это Ронни его выбрал. Может, он и детеныш, но детеныш мужского пола, а значит, генетически лучше приспособлен к ведению боевых действий.
– Ну, ты сказала… – оторопела Анжелика. – Совсем спятила, дорогуша. Нас там уже дожидается один генетически приспособленный представитель сильной половины человечества – в золотых кандалах.
– Без Ронни нам дорогу не найти, – вздохнула Наталья. – Да и спокойнее, когда он на глазах, хоть не выкинет ничего.
– Как скажешь, я бы не взяла. Но Биливердину эту я с собой точно не потащу, хоть ты меня стреляй. Нам там, между прочим, еще Алису искать, не на прогулку собираемся.
– А я, что, спорю? Нет, так нет. Надо только ее обратно в Москву закинуть, и можно собираться. Вроде ничего не забыли.
– А зачем ей Москва? – возразила Лика. – Пусть здесь сидит со своей Софкой. У нас что, времени вагон, возить эту красавицу туда обратно? Ронни что-то болтал про три дня. Так вот, три дня уже на исходе, надо поспешать.
– Иди, договаривайся с тетей Верой и Альвертиной, оставь ей денег… Кто знает, что там у нас произойти может. Скажи, что нам нужно еще кое-что прикупить для дела, поэтому наш поход чуть-чуть откладывается.
– Врать нехорошо, – ехидно напомнила Анжелика, – особенно детям.
– Детям лучше поменьше знать, если они остаются одни. Особенно таким трепливым детям, как Альвертина. Мало ли кто нас взыщется?
– А если Варвара?
