— Леди Вальбурга, я должен объяснить вам, зачем я забрал и вашего сына, хотя мы собираемся освобождать его через суд. Все происходящее говорит о том, что та сторона, против которой мы выступаем, не брезгует самыми грязными методами. Я волновался о том, чтобы до суда с вашим сыном чего-нибудь в Азкабане не сделали. Мы вернем его прямо в день суда, никто не заметит его отсутствия в тюрьме, за это можете не беспокоиться, — объяснил Дракон.
— Милорд, никакие объяснения не нужны, я понимаю, что если вы что-то делаете, значит, так нужно, — сказала со слезами на глазах леди Вальбурга. — Вы столько для нас уже сделали. Я бы точно скоро умерла от горя, а сын бы так и сгинул в тюрьме, род Блэков бы бесславно прервался. Вы просто спасли нас!
— Этого не нужно, леди Вальбурга, мой долг перед Магией — сохранять и приумножать магические рода. Могу ли я проверить вашего сына, пока он в лечебном сне, насчет вмешательства в его разум? — спросил Монтермар.
— Конечно, милорд, проверяйте на все, что угодно! — ответила леди Блэк.
— Одну минутку, я выйду. Вы подали мне хорошую мысль! Северус! — позвал зельевара Дракон, выходя в круглый зал.
— Я здесь, — отозвался Северус, выходя из-за одной из дверей, — что-то нужно?
— Возьми у всех кровь на анализ, мало ли, чего им в еду могли подмешивать, нужно проверить!
— Я, конечно, возьму, но проверить пока мне здесь негде. Я еще бы хотел сварить для всех несколько комплексов зелий: восстанавливающее, укрепляющее и для набора веса. Могу ли я отлучиться домой часа на три-четыре? К пяти обещаю вернуться! — сказал Северус.
— Один не идешь, берешь с собой Вомби. Ингредиенты есть? Не смей никуда выходить из дома! Там ты под защитой, — озабоченно произнес Дракон, потом снял с левой руки браслет и отдал его зельевару. — Надень, с этим ты пройдешь любые мои щиты, в том числе Иерихон. Портключ обратно у тебя есть. Твой портключ я тебе усиливал. При малейшем подозрении просто на шум в доме — сразу возвращайся!
— Ингредиенты все есть, из дома никуда не выйду. Пока буду варить — Вомби будет наблюдать за домом, — сказал Северус.
— Ладно, надеюсь на твоё благоразумие, — проговорил Дракон, — пойдем, возьмешь сразу кровь у Блэка. Я хочу его проверить на вмешательство в разум.
— Подозреваете ментальные закладки? — поинтересовался Северус, набирая в фиал кровь Сириуса.
— Если вы так называете то, о чем я думаю, то да, — ответил Монтермар.
Северус ушел. Дракон подсел поближе к голове Блэка и положил свои руки ему на виски, закрыл глаза и стал что-то нашептывать. Сидел он так минут пять: видимо, то, что он делал, давалось ему нелегко, так как лоб его покрылся испариной. Потом он отнял руки от головы Сириуса и встряхнул их.
— Вальбурга, ситуация такая. В детстве, где-то в возрасте от девяти до одиннадцати лет, ему в разум внедрили внешнюю установку о нелюбви к тёмной магии и своей семье как к тёмным магам. Я могу ее удалить, но это может иметь нехорошие последствия, так как всё его понимание мира было выстроено в том числе и на этом убеждении. Он может просто сойти с ума от противоречий у себя в голове, — проговорил Дракон.
— И что же, ничего нельзя поделать? — взволновалась леди Блэк.
— Можно. Но перед этим вы должны провести обряд благословения Магии. Виру обещайте такую: род Блэк поможет основанию двух новых родов и восстановлению одного старого. Я потом объясню, почему именно такая вира. Сейчас эльф принесет свечу, просите благословления на избавление сына от всего наносного. Помните — слова не важны, от сердца к сердцу! Главное — сила желания и благое намерение! Когда закончите, позовите меня, — сказал Монтермар и пошел проведать лорда Лестрейнджа.
Корвус Лестрейндж уже навестил своего старшего сына Рудольфуса, а теперь сидел у кровати Рабастана, когда в комнату вошел Дракон.
— Лорд Лестрейндж, не волнуйтесь о сыновьях, с ними все будет в порядке. Это просто лечебный сон. Северус дал всем вчера сильнейшее эльфийское зелье, которое называется «Последний шанс», оно погрузило их в это состояние. Сейчас их организм восстанавливается от ущерба, который им нанесло пребывание в Азкабане. Завтра они проснутся практически здоровыми, останется их только откормить, — попытался шуткой поднять настроение лорду Дракон.
— Корвус, зовите меня Корвус, милорд. Родной отец не сделал бы столько для нашей семьи, сколько сделали вы. Руди и Раби — это все, что у меня есть. И еще Бэлла. Тем более что мы теперь одна семья, дети будут очень рады такому племяннику, как Харри.
— Корвус, я хотел бы вас попросить об одном одолжении. Я понимаю, что вам непросто будет покинуть детей даже на короткое время, но они до завтра все равно не проснутся, а это важно для дела.
— Все что угодно, милорд, я ваш вечный должник.
