— «Fiendfyre» — это очень сильная тёмная магия! — выступил с протестом Альбус, — никто не будет её применять! Среди авроров не должно быть тёмных волшебников!
— Тогда, может быть, вы, верховный чародей, нам расскажете, что предпринять в связи с пропажей дементоров? — иронично произнесла мадам Боунс. — И какую магию против них применять, если они станут нападать на добропорядочных магов?
— Я не специалист по дементорам, но «Fiendfyre» применять недопустимо! — резко высказался Дамблдор.
— Я предлагаю отправить на остров группу расследования. Три-четыре аврора, я дам следователя и оперативника, пару невыразимцев. А возглавит это все великий волшебник, чтобы, если что вдруг случится еще, он смог защитить наших сотрудников без угрозы применения тёмной магии, — заявила Амелия Боунс.
— Хотя я считаю вашу иронию неуместной, — заметила госпожа министр, — но идею об отправке группы расследования в таком составе поддерживаю. Предлагаю дать два часа на подготовку, после чего всем собраться… где?
— В моем кабинете, — сказал главный аврор Уолтер Дженнер.
— Есть возражающие?
Дамблдор совершенно не хотел ехать в Азкабан, но еще меньше он хотел сейчас объясняться с аврорами по поводу вскрытия дома Блэков, так что пришлось согласиться и сделать озабоченное лицо:
— Я должен вернуться в Хогвартс, чтобы предупредить сотрудников, но к назначенному времени я буду.
Все разошлись по отделам. Мадам Боунс вернулась к себе в кабинет и вызвала свою оперативную группу, чтобы обсудить предстоящее задание. Ругхарт как следователь входил в группу обязательно, а вот О'Нейл и Ньюболд хотели ехать оба. И, в принципе, Амелия не возражала: Энтони был опытнее, но у Дермонта был свежий взгляд и внимание к мелочам. В конце концов, там, где два оперативника, там и три.
— Вы должны обязательно постараться выяснить, остались ли дементоры где-то тут или их больше нет совсем. Ушли ли они в иной мир, развеялись по ветру, съели друг друга — это неважно. Главное — знать, опасаться их нападений или нет. И второе: никто не поднял вопроса, почему оставшиеся не хотят заходить на нижний уровень. Что за заключённые там располагаются? Допросите хорошенько смотрителей всех уровней, а особенно нижнего. В общем, учить вас не буду — нос суньте везде!
— Может быть, у невыразимцев какой-нибудь артефакт попросить на время, чтобы показывал правдивость показаний? Веритасерум, жаль, нельзя применять, — сказал Дермонт О'Нейл.
— Попробуем, — ответила мадам Боунс и отправила Бёрку записку-самолётик.
— Надо плащи теплые и непромокаемые надеть, — заметил Ругхарт. — Я в прошлом году там был, чуть не окочурился от холода на обратной дороге. Все же Северное море не курорт, а паром открытый, из закрытых помещений — рубка капитана, грузовой отсек да две камеры для преступников.
К назначенному времени трое сотрудников ДМП в сопровождении мадам Боунс подошли к кабинету главного аврора, где их нагнали невыразимцы. Дуэйн Бёрк протянул Петеру Ругхарту массивное серебряное кольцо без камней с символически изображенным на нем всевидящим оком:
— На настоящее око не тянет, но при явной лжи нагреется.
— И за это большое спасибо, — сказал Ругхарт.
Все (сотрудники ДМП, авроры, невыразимцы), кроме Альбуса, оделись соответственно поездке по Северному морю, лишь Дамблдор сверкал серебряными лунами на синем балахоне. Все участники группы взялись за общий портключ, который перенес их к маяку Старт-Пойнт[44] на Оркнейском острове Сандей, откуда была организована переправа в Азкабан.
Маг, управляющий паромом, сообщил, что до Азкабана двадцать семь морских миль, а у парома скорость только восемь узлов. Но дорога по морю займет всего полтора часа, так как только часть пути паром будет идти непосредственно по морю (по пять миль от каждого причала, в целях безопасности), а часть пути — через туннельный переход. Потом он скептически покачал головой, посмотрев на наряд Дамблдора, и выдал ему ярко-желтый морской дождевик, подумав про себя, что «заодно и всем спокойнее будет»[45].
Паром отплыл. Над водой было максимум градусов четырнадцать тепла, несмотря на середину августа, и никто не пожалел о том, что утеплился в дорогу, тем более что периодически до пассажиров в изрядном количестве долетали брызги от волн.
Когда судно прошло через туннельный переход, участники группы сразу увидели скалистые берега острова Фэр-Айл и громадный темный столб Азкабана, возвышающийся над морем. По мере приближения им стал виден причал. Дамблдор послал Патронус коменданту, чтобы тот их встретил. И когда до конечной цели пути оставалось ярдов триста пятьдесят, на черной стене тюрьмы появились гигантские алые буквы, которые сложились в слова:
Dumbledore
Old Fart[46]
Все еле удерживались от смеха, а Дамблдор, что и понятно, был в ярости.
