— Не получится, — вздохнув, ответила Амелия. — Он проделывал это при трех свидетелях: двух аврорах и гоблине, управляющем делами рода Блэк. Они уже дали вчера показания, и их заверенные копии хранятся у адвоката, представляющего интересы леди Блэк.
— Значит, надо надавить на адвоката! — сказала Багнолд.
— На такого не надавишь. Интересы Блэков представляет «Kerner&sons»; я думаю, не нужно объяснять, кто они такие? — уточнила мадам Боунс.
— Ради Мерлина, за что мне все это! — вскричала госпожа министр, — профессор пропал, дементоры исчезли, Дамблдор, похоже, слегка не в себе, потому как нормальный человек ни за что и никогда не полезет в дом к Блэкам.
— Не просто в дом к Блэкам, а в дом, отданный под охрану гоблинов, на котором стояли чары Гринготтса, так как леди Блэк отсутствует в стране, — добила Миллисент Амелия.
— И что делать? — спросила Багнолд.
— Я хочу, чтобы ты присутствовала на допросе как официальное лицо. Сошлемся на то, что Альбус как главный чародей Визенгамота является одним из первых лиц страны, потому ты должна быть в курсе происходящего, — ответила глава ДМП.
— А что нам это даст? — задала вопрос госпожа министр.
— Как минимум, если будет нужно, ты сможешь остановить Альбуса от еще больших глупостей, меня он точно не послушает. «Kerner&sons» — не те ребята, которые будут шутить, их авторитетом не задавишь. Они просто развернутся и подадут иск в МКМ, дав показания, что у нас тут творится произвол.
— Да, в этом ты права... Во сколько, ты говоришь, в одиннадцать? Я буду! — пообещала Миллисент. — Спасибо, что предупредила!
— Не за что — в одной лодке плывем! — сказала Амелия и отправилась к себе.
Госпожа министр пришла в кабинет главы ДМП за десять минут до одиннадцати. Ровно в одиннадцать появился Курт Кернер с кожаной папкой под мышкой и каким-то интересным металлическим чемоданчиком в руке. Он был размерами где-то 6 дюймов толщиной, 12 шириной и 18 высотой, сверху имел удобную ручку.
— Добрый день, а где же господин Дамблдор? — поинтересовался адвокат.
— Должен быть с минуты на минуту, — ответила Амелия, хотя понятия не имела, явится ли он вообще.
Дамблдора пришлось ждать целых пятнадцать минут, и он вошел в кабинет без стука с таким видом, как будто его оторвали от важных государственных дел по пустякам.
— Начнем, — проговорила Амелия, — запись протокола будет вести старший следователь ДМП Ругхарт. Господин Дамблдор, как вы можете объяснить факт совершения вами попытки проникновения на территорию частной собственности, а именно попытку вскрытия двери лондонской резиденции рода Блэк?
— Мне кажется, здесь произошло очевидное недоразумение, — уверенно сказал Альбус, — господа авроры неправильно поняли мои действия. Я не вскрывал дверь в особняк, а стучал в неё.
— Госпожа глава ДМП, госпожа министр, я предлагаю для прояснения этого вопроса просмотреть воспоминания свидетелей, — заявил Курт Кернер.
Он положил плашмя на стол свой чемоданчик и поднял вертикально его крышку, изнутри похожую на зеркало; в другую половину был вмонтирован небольшого размера Омут памяти.
— Это новая разработка проекционного Омута памяти, которая позволяет просматривать воспоминания без погружения и сразу нескольким людям, — сказал адвокат. — Прошу дать мне флаконы с изъятыми воспоминаниями, — обратился он к мадам Боунс.
— Они могут быть фальсифицированы! — заявил Дамблдор.
— Не могут, — ответил Курт Кернер. — Они были изъяты с добровольного согласия свидетелей и в их присутствии запечатаны мною и главой ДМП одновременно.
Он взял оба флакона в руки и показал министру:
— Прошу вас убедиться, что восковая печать не имеет следов нарушения.
Багнолд их осмотрела и, подтвердив, что не видит следов нарушения печати, вернула их адвокату. Тот вскрыл один из них и вылил воспоминание в Омут, который спроецировал его на вертикальную зеркальную поверхность. Получилось подобие мини-кинотеатра. При просмотре было явно видно, что фигура в черном плаще и капюшоне именно накладывает заклинания на дверь, потом разворачивается по требованию авроров, а когда прилетает Патронус министра, снимает капюшон, под которым оказывается Дамблдор.
Воспоминание закончилось. Адвокат проговорил:
— Настаиваю и на просмотре второго, чтобы было видно, что они идентичны по содержанию, но видимы с разных ракурсов, что дополнительно подтвердит их подлинность, так как такая ювелирная подделка просто невозможна.
— Нет необходимости, — сказал Дамблдор. — Хорошо, я признаю, что накладывал заклинания на дверь — но это была проверка! Я хотел переговорить с Вальбургой по общему для нас вопросу, но она не отзывалась, я волновался, что с ней что-то случилось.
— Одну минутку, — сказал Курт Кернер, — будьте добры, все посмотрите, как я извлекаю обратно просмотренное воспоминание и снова его запечатываю. Прошу главу ДМП наложить сверху свою магическую подпись. Спасибо! Теперь далее.
Адвокат извлек из папки фиал с другим воспоминанием и пергамент к нему.
